Какие важные явления в жизни вавилонского общества нашли отражение в этих?

15 ответов на вопрос “Какие важные явления в жизни вавилонского общества нашли отражение в этих?”

  1. VkotV Ответить

    Сохранилось уникальное источник, которое проливает свет на характер общественных отношений в Древнем Вавилоне. Это обнаружены в начале XX века французскими археологами в еламській столицы Сузах «Законы Хаммурапи», отчеканенные на двухметровом базальтовом столбе. К сожалению, ряд статей этих законов, что их Хаммурапи составил на закате своего долгого царствования, кто еще в древности уничтожил, однако утраченный текст удалось почти полностью восстановить благодаря находкам фрагментов этого юридического достопримечательности.
    Ученые по-разному трактуют «Законы Хаммурапи». Одни считают их своеобразным отчетом царя перед богами о своем «мудрое» и «справедливое» властвования, другие — сборником добрых пожеланий, моральным кодексом, способным продемонстрировать «разрыв между действительным положением (в государстве) и намерениями правительства», третьи — действующим законодательством, призванным дополнить и обобщить обычное право городских общин.
    «Законы Хаммурапи» — это, собственно, еще не кодекс законов, а лишь хорошо благоустроена сборник обычного права, в центре внимания которой — юридическая защита собственности и правовое оформление использование чужого труда. Законы сгруппированы в ней отдельными блоками, касающихся процессуальных норм и основополагающих принципов вавилонского правосудия (статья 1-5), охраны государственной и частной собственности (статья 6-25), имущества, полученного от царя за службу (статья 26-41), операций с недвижимым имуществом и соответствующих правонарушений (статья 42-50), торговых отношений (статья 50-126), норм семейного права (статья 127-195), наказаний за совершение умышленных и неумышленных телесных повреждений (статья 196-214), сделок с движимым имуществом и соответствующих правонарушений. Структурно «Законы Хаммурапи» состоят из трех частей: вступления, самого текста законов и заключения.
    В «Законах Хаммурапи» отображаются не все стороны жизни вавилонского общества. В них, скажем, даже не упоминается довольно многочисленная в Старовавилонському царстве социальная группа хапіру (люди, потерявшие средства к существованию и часто-густо занимались разбоем), ничего не говорится о социально-экономическое положение монастырей, об отношениях между царской администрацией и общинами городов, о сферу использования рабского труда. К тому же эти законы, вероятнее всего, не были единственной правовой основой вавилонского общества, кроме них действовали и другие законодательные акты и нормы обычного права. Поэтому есть основания считать, что «Законы Хаммурапи» — казуистическая достопримечательность, то есть, они отражали лишь спорные случаи, когда требовался верховный арбитраж царя и Его чиновников. Они свидетельствуют о том, что вавилонское право еще не делилось на уголовное, гражданское, процессуальное, государственное. Этот сборник законов устанавливал сразу и нормы поведения, и ответственность за их нарушение.
    Которым выступает общество в «Законах Хаммурапи» и других мудрецов источниках?
    Если считать собственность на средства производства категорией социально-экономической, т.е. такими отношениями в обществе, когда одни, не владельцы, работают на других, владельцев, то анализ «Законы Хаммурапи» дает основание с высокой вероятностью утверждать, что в Древнем Вавилоне сосуществовали три формы собственности на землю: государственная, общинная и частная, с явным преобладанием первой. Земля из государственного фонда раздавалась в служебное пользование воинам, чиновникам, персонала царсько-храмового хозяйства и т.д. Пользование царской землей, как это видно со статьей 40 «Законы Хаммурапи», обуславливалось выполнением определенных повинностей на государство (ільк). В статья 71 упоминаются не-ильку, то есть не обложены повинностью на государство, частные хозяйства. Впрочем, частное землевладение в те далекие времена не существовало в чистом виде, оно сохраняло элементы общинной собственности. Индивидуальный владелец еще находился в определенной зависимости вич общины.
    Община в Вавилоне традиционно была крепкой. Развитие торговли и ростовщичества подтачивал ее изнутри, однако не разрушал: она приспосабливалась к новым условиям. Крепла общинная верхушка, которая уже не заботилась о защите рядовых общинников от чиновничьего произвола, а наоборот, сама задевала их.
    В Вавилоне активно развивались арендные отношения. В аренду сдавали землю, сады, скот. Закон, стараясь успевать за жизнью, регулировал эту сферу общественных связей. Он позволял арендовать поле сроком на 1-2 года, целину — на 3 года, садик — на 5 лет, регламентировал арендную плату за пользование полем третью собранного урожая, садиком — двумя третями. Поле можно было сдавать в аренду и на условиях половинщини (за половину урожая), но в таком случае землевладелец должен был помочь арендатору рабочим скотом и посевным .матеріалом. Чтобы землевладелец спал спокойно, не боялся за свои прибыли, закон устанавливал размер арендной платы в неурожайные годы такой же, как и в благополучные.
    «Законы Хаммурапи» разделяли вавилонское общество на три социальные сословия: авелумів («люди»), мушкенумів («покорные») и вардумів (рабы), Ассиріологи считают, что на самом деле структура вавилонского общества была значительно сложнее. Но кто такие авелуми и мушкенуми?
    Авелумами «Законы Хаммурапи» явно называли полноправных членов сельской или городской общины, владельцев определенной доли общинной земли. Определить кем были мушкенуми сложнее. Как видно из законов, мушкенуми пользовались ограниченными гражданскими правами в обществе. Так, за оскорбление мушкенума предусматривалось наказание мягче, чем за такую же обиду авелума. Имущество мушкенума охранялось меньшим штрафом, здоровья оценивалось дешевле и т.д. Кем были мушкенуми, точно не установлено. Ясно только, что в эту социальную группу, которой занималась царская администрация, входили также бедняки, ведь родственное ЕЕ названии слово мушкенуту означало нищета, бедность. В советской историографии мушкенумами чаще всего считался прослойка из пауперизованих крестьян и представителей других социальных групп, которых объединяли служба царю и совместная название, одним словом — «царских людей». Существовали ли между мушкенумами и авелумами непреодолимые социальные барьеры? Скорее всего, не существовали (если наше представление о социальную природу мушкенумів адекватное), ведь земля в Вавилоне свободно покупалась и продавалась, поэтому те мушкенуми, в которых водились деньги, могли приобрести землю и стать полноправными членами городской или сельской общины, т.е. авелумами.
    В «Законах Хаммурапи» много внимания уделяется рабовладельческим отношениям — свидетельство того, что рабство в Вавилоне было важным общественным явлением. Основными источниками рабства были войны, работорговля, наследственное рабство, обращение на рабов правонарушителей. В Древнем Вавилоне рабы уже были юридически бесправной массой, их клеймили (брили полголовы делали ли специальное татуировки), нередко держали в кандалах. Закон позволял убивать непокорных рабов. Правда, статья 282 позволял рабу жаловаться на своего господина в суд, однако судебные процессы между рабами и их хозяевами, хотя и были реальностью еще за III династии Ура, в старовавилонську сутки уже не практиковались.
    Характерно, что среди мудрецов рабов существовала определенная социальная градация. Так, рабыня-наложница пользовалась преимуществами перед другими рабами, ее саму и ЕЕ детей запрещалось продавать, после смерти господина все они становились свободными (статья 146, 171). Отпускались на волю также бывшие вавилонские граждане, которые попали в рабство за пределами страны.
    Государство оберегала рабовладельческие устои, в частности опекала работорговлю, помогала разыскивать рабов-беглецов, наказывала за сокрытие чужого раба, за уничтожение на нем рабского клейма и т.д.
    В «Законах Хаммурапи» ничего не говорится о том, где использовался рабский труд, тогда подробно говорится о сферу использования наемного труда, на основании чего некоторые ученые считают старовавилонське общество капиталистическим, хоть свободный наем существовал еще в докапіталістичну сутки и не обязательно является признаком именно рыночной экономики. Вавилонское право не регламентирует эту сторону производственного жизни, очевидно, потому, что считало использование рабского труда личным делом самих рабовладельцев.
    Отдельным общественным слоем в Древнем Вавилоне были воины. Государству нужно было сильное войско, поэтому она заботилась о воинах, предоставляла им ряд привилегий. «Законы Хаммурапи», в частности, оберегали воинов от хищнических ростовщиков и своевольным командиров. Запрещалось отбирать за долг или приобретать имущество в воина, разве что это была земля, приобретенная воином дополнительно к царскому надела. Ограбление, продажа в рабство воина командиром считались преступлением и карались смертью. Имущество воина мог унаследовать его старший сын, если он шел по стопам отца. Когда у воина не было совершеннолетних детей, треть его имущества оставалась вдове, чтобы она могла вырастить детей. Воинов, которые попадали в плен, выкупали за средства государственной казны. За все это воин должен был благодарить государстве добросовестной службой. Когда он опаздывал в поход или присылал вместо себя наемника, то есть непрофессионала, и при этом продолжал пользоваться служебным имуществом, его казнили.
    В вавилонском обществе процветало ростовщичество и его атрибут — кабала. Слишком бурная деятельность ростовщиков грозила государстве обнищанием казны от недобора налогов, ослаблением военной организации, социальными неурядицами. Поэтому государство пыталось ограничить ростовщичество, уберечь основную массу общинников от разорения ростовщиками. Хаммурапи уже на втором году своего царствования, подобно своим предшественникам, восстановил справедливость в стране», то есть отменил долговые обязательства, сохранив саму лихварську практику. Его законы регламентировали ростовщический процент, позволив кредитору забирать у должника лишь ту часть имущества, которая покрывала одолженную сумму и годовые, возвращать долг не обязательно серебром, но и продуктами (статья 51, 96); запрещалось забирать у должника весь урожай (статья 49,66) и т.д. В неурожайный год взыскания долга відстрочувалося до лучших времен. «Законы Хаммурапи» запрещали держать в кабале авелума, мушкенум же имел отрабатывать долг в хозяйстве кредитора лишь на протяжении трех лет. Более того, если бы должник, работая на кредитора, умер через плохое содержание, кредитор мог поплатиться за это своей жизнью. Закон оберегал от непомерного эксплуатации также наемных рабочих, труд которых стала широко использоваться в Месопотамии именно в старовавилонський период. Конечно, на практике все эти запреты и ограничения не всегда срабатывали, знатные лица их часто игнорировали.
    Основным звеном вавилонского общества была семья, которая имела ярко выраженный патриархальный характер. Мужчина платил калым за невесту, поэтому, хотя размер приданого и превышал размер выкупа (статья 162-164), считал ее своей собственностью, даже мог продать ее и детей в рабство. Семейное имущество принадлежало мужчине и после его смерти доставалось не вдове, а старшему сыну, на которого возлагались заботы о посмертный культ отца. Поэтому не удивительно, что женщину в Вавилоне были ничто. Хотя закон иногда и становился на ее защиту, все же делал это не для того, чтобы отстоять ее человеческое достоинство, а учитывая то, что надругательство над женщиной воспринималась как оскорбление ее мужа, опекуна, общества. В семье и обществе женщина была запуганной, затурканою существом, она даже не имела возможности сказать мужу все, что она о нем думает. Соответствующее предостережение ей фиксировалось в брачном контракте [без выполнения определенных юридических формальностей брак не считался законным (статья 128)]. В одном из них, например, читаем: «Рімум, сын Шахматума, взял себе жену Баштум, дочь Белісуни, жрицы бога Шамаша, дочери Иси-битумная… Если Баштум говорит Рімуму, своему мужу, «ты мне не муж», ее свяжут и бросят в воду. Если Рімум скажет Баштум, своей жене, «ты не женщина мне», он заплатит ей 10 сиклів серебра как плату за развод».
    Полюбить другого замужем вавилонянка могла лишь ценой собственной жизни. Если бы у мужа закралась только подозрение о супружеской измене, женщине зоставалося только броситься в воду. Одним словом, до норм семейной жизни в Вавилоне вполне уместны строки Дж. Байрона:
    Закон Востока мрачен и суров: Оковы брака он не отличает От рабства унизительных оков.
    Браки в Вавилоне, как и повсеместно на Древнем Востоке, были ранними. Девушка выходила замуж в 12-14-вещь-ном возрасте, а помолвке, понятное дело, происходили еще раньше. В одной из месопотамским поговорок — образце тогдашнего черного юмора — мужчина неодобрительно отзывался о детские браки, которые излишне продлевают годы семейного счастья: «Не буду я брать трехлетнюю женщину, потому что я не осел» Интересно, какие поговорки о семейном Эдем составляли вавилонянки?
    Следует заметить, что каким бы ни было беспросветным жизни вавилонянки, все же дышалось ей легче, чем шумерянці. Вавилонянка, например, в отличие от шумерянки, в некоторых случаях имела право на развод, могла выйти вторично замуж, когда становилась вдовой или когда ее муж попадал в плен (правда, как зафиксировано в законах м. Ешнунна, когда муж возвращался из плена, он мог снова забрать свою бывшую жену к себе). Приданое принадлежало женщине, на случай развода она забирала его себе, а заодно и часть совместно нажитого имущества. Даже больше, социальный статус в Вавилоне определялся не за мужем, а за женщиной — сын свободной вавилонянки и раба считался свободным, а рабы и свободного — рабом (статья 170-171, 175). С больной женщиной мужчина мог расстаться, однако не мог прогнать ее из дома, должен был до конца дней удерживать ее (статья 148).
    Распространенным явлением в Вавилоне была проституция — бытовая и храмовая (она развилась еще в шумерские времена). Храмовой проституции в вавилонскому обществе отводилась такая важная роль, что, по свидетельству Геродота (видимо, преувеличенным), каждая вавилонянка имела хоть раз в жизни отдаться за бесценок первому встречному в храме богини любви Иштар (История, И, 199). Бедняки отдавали за плату в публичные дома своих малолетних дочерей. Для профессиональной подготовки жриц любви существовали специальные школы. К представительницам древнейшей в мире профессии в Вавилоне относились снисходительно, хотя и без пиетета. Вавилонская проститутка могла сделать себе неплохую карьеру, скажем, приобрести в собственность публичный дом, а случалось-даже выбиться в царицы.
    «Законы Хаммурапи» оберегали нравственность общества, в частности устанавливали жестокое наказание за клевету, за двурушничество, за оскорбление детьми своего отца или опекуна, за лжесвидетельство. Особенно следили в государстве за благопристойностью и добропорядочностью жриц. Если бы одна из них приохотилась к рюмке, ее могли сжечь живьем.
    В «Законах Хаммурапи» находим следы существования в вавилонскому обществе рудиментов первоначально родовых отношений: талиона (эквивалентной мести), круговой поруки, самосуда. Итак, по всей цивилизованности это общество еще стоял одной ногой в варварстве.
    Что представлял собой политический строй Древнего Вавилона?
    Украине существовала сильная монархическая власть, которая основывалась на развитом государственном секторе экономики. Как свидетельствуют переписки Хаммурапи с чиновниками, царь контролировал все стороны жизни общества, вмешивался в мельчайшие детали управления, что, по мнению историков, не предвещало обществу ничего хорошего. Помогали ему вездесущие чиновники, которых хватало и при царском дворе, и в административных округах. В государстве была тьма-тьмущая фискалов, которые следили за тем, чтобы население исправно вносило в казну зерно, финики, скот, рыбу и другие натуральные продукты, а также отдельный налог серебром и продуктами на содержание царского двора. Чиновники т.н. «царской палаты» следили, чтобы не опустела государственная сокровищница, в которой хранились на черный день золото, серебро, самоцветы.
    В Древнем Вавилоне исправно функционировала достаточно развитая судебная система. Судьями были специальные чиновники, которые руководствовались в своей работе писаным правом. Без дела они не сидели, потому что через общедоступность законов и формальную ответственность судов за правильность вынесенных приговоров вавилоняне пристрастились к сутяжничества, особенно в делах продажи и аренды имущества. В государстве уже сложилось процессуальное право, которое требовало от судей не ограничиваться выслушиванием свидетелей, а проводить расследования по делу. «Законы Хаммурапи» установили уголовную ответственность за лжесвидетельство (оно, как и ложное обвинение, каралось по принципу талиона, т.е. тем же наказанием, которое ждало на обвиняемого, в случае, когда бы вину его было доказано). Конечно, вавилонскую Фемиду, как в этом убеждают источники, трудно заподозрить в справедливости и неподкупности, судебные злоупотребления были обыденным явлением, судьи в своей массе были предприимчивыми взяточниками.
    В Вавилоне нередко сложные судебные дела решались с помощью «божьего суда», то есть клятвы именем богов (считалось, что боги непременно накажут того, кто даст ложные показания, поэтому отказ давать клятву приравнивалась к признанию своей вины) или водных ордалией (обвиняемого бросали в реку и, как, что он следовал, считали его невиновным; в средневековой Европе, наоборот, чтобы судьи признали обвиняемого невиновным, ему надо было утонуть).
    В исторической литературе нередко можно встретить идеализацию государственного механизма Вавилон. В частности, высказывается мнение, что государство в Вавилоне обеспечивала «гармоническое равновесие» между различными общественными слоями и прослойками. На самом деле «социальная гармония» в обществе, где существовали рабы и рабовладельцы, бедные и богатые, простонародье и вельможи, была утопией. Старо-вавилонское общество знало, что такое социальные неурядицы, а возможно — и социальные взрывы.

  2. TvOR Ответить

    Развитию торговли способствовали объединение в рамках единого Вавилонского государства всей территории Месопотамии и сосредоточение всех внутренних и внешних торговых путей, идущих через долину Тигра и Евфрата, в одних руках.
    Предметом экспорта из Вавилонии было зерно, финики, сезамовое масло, шерсть, ремесленные изделия. Импорт состоял из металлов, строительного камня и дерева, рабов, предметов роскоши.
    Торговля была предметом особой заботы государства, и ею занимались специальные торговые агенты — тамкары, которые вели крупную государственную и собственную торговлю, притом часто осуществляли ее через более мелких торговцев-посредников. Возможно, они устанавливали и монопольные цены. Недаром месопотамская пословица говорит: «Тамкар ушел вон из города, и цены стали свободными». За свою службу тамкары получали земельные и садовые участки, дома. Они выступали и как арендаторы царской земли и земельных участков общинников, а также нередко являлись крупными ростовщиками. Важнейшими торговыми центрами были Вавилон, Ниппур, Сиппар, Ларса, Ур.
    Структура вавилонского общества в эпоху Хаммурапи свидетельствует о все более четко проявляющемся и развивающемся рабовладельческом его характере. В законах
    проводится резко ощутимая граница между свободными гражданами и рабами.
    Свободный полноправный гражданин именовался «авилум» —«человек». Но свободные граждане, в число которых входили крупные земельные собственники, тамкары, жречество, крестьяне-общинники, ремесленники, не составляли одного класса, а разделялись на класс рабовладельцев и класс мелких производителей. Судебник Хаммурапи лишь в одной из статей различает «человека, высшего по положению» и «низшего по положению» и определяет разную степень их ответственности за совершение проступка. Во всех статьях законов защищается частная собственность имущих граждан и интересы рабовладельцев.
    Поскольку основную массу населения вавилонского общества составляли мелкие производители и мелкие собственники, дававшие в казну значительные налоговые поступления и обеспечивавшие военную мощь государства, в законах нашли отражение и их права. Например, некоторые статьи защищают их от произвола ростовщиков: последним запрещалось самим забирать урожай в счет уплаты долга; регламентировался размер процентов на сумму долга (20 % за взятое в долг серебро, 33 % — за зерновую ссуду); сурово, вплоть до смертной казни, каралось дурное обращение с заложником; долговая кабала ограничивалась тремя годами. Однако приостановить процесс расслоения мелких производителей было невозможно: этот класс постепенно распадался, пополняя, с одной сторон, класс рабовладельцев, с другой — рабов. Старовавилонские деловые документы сохранили ряд сделок, где фигурируют имена крупных ростовщиков, например Бальмунамхе из Ларсы, который часто совершал обмены и покупки садовых участков, видимо, округляя свои владения, приобретал целинные земли, перекупал рабов, скупал у нуждающихся матерей их детей. Нередко также совершались сделки по найму на работу детей и младших братьев обедневших сограждан.
    Кроме свободных в вавилонском обществе имелась такая категория, как мушкенумы. Термин «мушкенум» переводится как «склоняющийся ниц». Мушкенумы работали в царском хозяйстве. Утратив связь с общиной, они не имели земли и собственности, а получали ее за царскую службу в
    условное владение, к тому же обладали ограниченными гражданскими правами. Членовредительство в отношении мушкенума возмещалось, как правило, денежным штрафом, тогда как в отношении свободных применялся принцип «талиона» («око за око, зуб за зуб»). Оплата лечения мушкенума была в два раза меньшей, чем свободного человека, и т. д. Но из законов явствует, что мушкенумы владели имуществом и рабами, их права как собственников строго защищались, при этом имущество их рассматривалось наряду с собственностью дворца, на службе которого они состояли.
    Низший класс вавилонского общества составляли рабы («вардум»). Источниками рабства служили война, имущественное расслоение, приводившее к долговой кабале, неравноправное положение членов семьи, находившихся под патриархальной властью отца, что давало ему право отдать их в залог или продать в рабство, самопродажа в рабство, обращение в рабство за некоторые преступления (например, отказ усыновленного от приемных родителей, расточительство жены, небрежность общинника в отношении оросительного соо­ружения), наконец, естественное воспроизводство рабов. Различались рабы частновладельческие, государственные (или дворцовые), рабы мушкенумов, храмовые рабы. Семья среднего достатка имела от 2 до 5 рабов. Иногда в богатых семьях их число достигало нескольких десятков. Рабы были имуществом, вещью хозяина: в случае их убийства или членовредительства хозяину возмещали ущерб или отдавали раба за раба. Рабов продавали, покупали, отдавали внаем, дарили, похищали. Они имели ряд отличий: это могли быть таблички на груди, особая прическа, клеймо, проткнутые уши, распространенным наказанием раба было отрезание ему уха. Рабы нередко убегали от хозяев или пытались оспорить свое рабское состояние, но за это их жестоко наказывали. Тех свободных граждан, кто помогал беглым рабам скрыть рабские знаки или укрывал их в своем доме, ждала суровая кара: от отсечения руки до смертной казни. За поимку беглого раба полагалось вознаграждение.
    Но в то же время рабство в Вавилонии имело ряд своеобразных черт: рабы могли иметь небольшое имущество, которым в конечном счете распоряжался хозяин, могли вступать в брак со свободными женщи-
    нами, сохранявшими при этом свои гражданские и имущественные права, дети от таких браков считались свободными. Рабовладелец, имевший детей от рабыни, мог включить их в число законных наследников своего имущества.
    Вавилонская семья была патриархальной и находилась под властью домовладыки — отца и мужа. Браки заключались на основе договоров и сопровождались принесением со стороны жениха брачного дара, а со стороны невесты — приданого. Жена сохраняла права на свое приданое, на дары мужа, после его смерти распоряжалась семейным имуществом до совершеннолетия детей. Законы охраняли честь, достоинство и здоровье женщины, но жестоко карали за дурное отношение к мужу и расточительство обращением в рабство, а за нарушение супружеской верности — смертью. Развод или вторичное замужество вдовы были за­труднительны. Право на наследование родительского имущества «от соломы до золота» имели все дети обоего пола, однако некоторое преимущество отдавалось сыновьям.
    Вавилонское государство приобрело определенные черты древневосточной деспотии. Во главе государства стоял царь, обладавший законодательной, исполнительной, судебной и религиозной властью. Обширным был фонд царских земель: в Ларсе, например, он составлял 30—50 % обрабатываемой площади. Но структура го­сударственного хозяйства принципиально изменилась по сравнению с эпохой III династии Ура. Для последней было характерно создание в масштабе всей страны гигантского царско-храмового хозяйства, функ­ционирование которого обеспечивалось свободными (административный персонал, ремесленники, воины) и в основном рабами и подневольными работниками, получавшими натуральное довольствие из казны. Для старовавилонского периода перспективными в экономическом отношении оказались иные тенденции: поощрение общинно-частного сектора собственности и раздача царских земель, мастерских, пастбищ в аренду или в условное держание за службу чиновникам, воинам, мушкенумам и др.
    Сформировалось судебное ведомство. Видное место в нем занял царский суд, сосредоточивший в своих руках основные
    судебные функции и заметно потеснивший храмовый суд, суд общины, суд квартала в городе, однако некоторые права решать семейные и уголовные дела, совершенные на их территории, они все же сохранили. Судьи объединялись в коллегии, им подчинялись также глашатаи, гонцы, писцы, составлявшие судейский персонал.
    Финансово-податное ведомство занималось сбором налогов, которые взимались серебром и натурой с урожая, скота, продуктов ремесла.
    Царская власть опиралась на армию, формировавшуюся из отрядов тяжело- и легковооруженных воинов — редум и баирум. Их права и обязанности были определены в 16 статьях законов Хаммурапи. Воины получали от государства за службу неотчуждаемые земельные наделы, иногда с садом, домом, скотом. Законы защищали воинов от произвола командиров, предусматривали выкуп их из плена, обеспечение семьи воина. Воин же был обязан исправно нести службу, за уклонение от которой его могли казнить.
    Огромный бюрократический аппарат, деятельность которого строго контролировалась царем, выполнял все его распоряжения. При этом представители царской администрации имели тесный контакт с представителями власти на местах: общинными советами и старостами общин. Сурово боролись в административном аппарате со взяточничеством, подкупом, недисциплинированностью, леностью.
    Создание централизованного Вавилонского государства и возвышение Вавилона нашли в дальнейшем свое отражение и в религиозном культе: во главе пантеона был поставлен местный бог, покровитель города Вавилона Мардук, некогда бывший одним из младших богов. Мифы приписывали этому богу функции демиурга — творца Вселенной и людей, царя богов.

  3. Granindis Ответить

    В Западной Азии, в Иране, на бывшей родине шумеров, как мы уже упоминали, рядом с хеттским обнаруживается еще одно общество.
    Если попробовать установить связь этого общества с шумерским по критерий религии, то нам никак не удастся обнаружить здесь вселенскую церковь, обязательную при наличии сыновне-отеческих отношений. Однако анализ религии этого общества показывает, что она во многом тождественна государственной религии Шумера и Аккада времен аморитской династии Вавилона — религии, созданной не внутренним или внешним пролетариатом, а господствующим меньшинством.
    Вавилонский пантеон отражает образ жизни господствующего меньшинства шумерского общества того времени, подобно тому как олимпийский пантеон отражает жизнь и мировоззрение варваров, захвативших в период междуцарствия минойский мир. И здесь отношения между богами представляют собой интерпретацию реальных политических коллизий, изложенных теологическим языком. В вавилонской фазе империи Шумера и Аккада политическое объединение шумерского общества в универсальное государство со столицей в Вавилоне повлекло за собой подчинение всех других богов Мардуку-местному богу Вавилона. В период правления Самсу-Илуны, непосредственного преемника Хаммурапи, всемогущество Мардука было подтверждено отождествлением его с Энлилем Господом (Бел) Ниппура-богом, который в период шумерского смутного времени был наиболее почитаем среди всех борющихся государств, каждое из которых претендовало на исключительное право иметь у себя его святыню [+92].
    Если обратиться к обществу, существовавшему в Ираке в XV в. до н.э., то можно заметить, что его религиозная система была заимствована из прошлого с минимальными изменениями, вызванными необходимостью адаптации к новым политическим условиям. Общество распалось на три государства — Вавилон, Ассирию и Элам, — и в каждом государстве местный верховный бог наделялся высшей властью. Имена других богов пантеона при этом не изменялись, сохранялось и количество их, и атрибутика, и сам ритуал. Первенство в пантеоне Вавилонии было отдано Мардуу-Белу, тогда как в Ассирии место верховного божества занял ассирийский бог Ашшур. Однако во всех других отношениях религии Вавилона и Ассирии были идентичны и копировали религию шумерского универсального государства последней фазы.
    В мирской жизни мы, тем не менее, обнаруживаем некоторые существенные перемены. Например, главными структурными образованиями общества стали не города-государства, как это было с самого начала шумерской истории вплоть до упадка империи Шумера и Аккада, а более широкие политические объединения, включавшие в себя ряд городов, лишенных политической индивидуальности. Произошли перемены и в языковой сфере. Шумерский язык, постепенно уступавший место аккадскому, но продолжавший употребляться до окончательного распада шумерского универсального государства, теперь оказался мертвым. Однако его продолжали старательно изучать, ибо овладение аккадским семитским языком и клинописью представлялось невозможным без знания шумерского классического языка. В Вавилонии и Ассирии аккадский язык по-прежнему широко использовался в общественной и личной корреспонденции. С другой стороны, политическая независимость Элама, где аккадский язык был ранее столь же широко распространен, как и в Ираке, стала выражаться и через утверждение нового местного языка, первоначально имевшего статус диалекта [+93].

  4. Larana Ответить

    «Законы Хаммурапи» — это, собственно, еще не кодекс законов, а только хорошо упорядоченная сборник обычного права, в центре внимания которой — юридическая защита собственности и правовое оформление использования чужого труда. Законы сгруппированы в ней отдельными блоками, которые касаются процессуальных норм и основных принципов вавилонского правосудия (§ 1-5), охраны государственной и частной собственности (§ 6-25), имущества, полученного от царя за службу (§ 26-41), операций с недвижимым имуществом и соответствующих правонарушений (§ 42-50), торговых отношений (§ 50-126), норм семейного права (§ 127-195), наказаний за совершение умышленных и неумышленных телесных повреждений (§ 196-214), операций с движимым имуществом и соответствующих правонарушений. Структурно «Законы Хаммурапи» состоят из трех частей: введения, самого текста законов и заключения.
    В «Законах Хаммурапи» отражены не все стороны жизни вавилонского общества. В них, например, даже не упоминается довольно многочисленна в Старовавилонским царстве социальная группа хапиру (люди, потерявшие средства к существованию и часто занимались разбоем), ничего не говорится о социально-экономическом положении монастырей, об отношениях между царской администрацией и общинами городов , о сфере использования рабского труда и др. К тому же эти законы, скорее всего, не были единственной правовой основой вавилонского общества, кроме них действовали и другие законодательные акты и нормы обычного права. Поэтому есть основания считать, что «Законы Хаммурапи» — казуистическая памятник, то есть, они отражали лишь спорные случаи, когда требовался верховный арбитраж царя и его чиновников. Они свидетельствуют о том, что вавилонское право еще не делилось на уголовное, гражданское, процессуальное, государственное. Этот сборник законов устанавливал сразу и нормы поведения, и ответственность за их нарушение.
    Каким выступает общество в «Законах Хаммурапи» и других вавилонских источниках?
    Если считать собственность на средства производства категорией социально-экономической, то есть такими отношениями в обществе, когда одни, не собственники, работающие на других, владельцев, то анализ «Законов Хаммурапи» дает основание с высокой вероятностью утверждать, что в Древнем Вавилоне сосуществовали три формы собственности на землю государственная, общинная и частная, с явным преобладанием первой. Земля из государственного фонда раздавалась в служебное пользование воинам, чиновникам, персонала царско-храмового хозяйства и др. Пользование царской землей, как это видно из § 40 «Законов Хаммурапи», объяснялось выполнением определенных повинностей на государство (Илья). В § 71 упоминаются никак Илья, то есть не обложены повинностью на государство, частные, хозяйства. Впрочем, частное землевладение в те далекие времена не существовало в чистом виде, оно сохраняло элементы общинной собственности. Индивидуальный владелец еще находился в определенной зависимости вол общины.
    Община в Вавилоне была традиционно прочной. Развитие торговли и ростовщичества подтачивал ее изнутри, однако не разрушал: она приспосабливалась к новым условиям. Крепла общинная верхушка, которая уже не заботилась о защите рядовых общинников от произвола, а наоборот, сама притесняли их.
    В Вавилоне активно развивались арендные отношения. В аренду сдавали землю, сады, скот. Закон, пытаясь успевать за жизнью, регулировал эту сферу общественных связей. Он позволял арендовать поле сроком на 1-2 года, целину — на 3 года, садик — на 5 лет, регламентировал арендную плату за пользование полем третью собранного урожая, садом — двумя третями. Поле можно было сдавать в аренду и на условиях половинщины (за половину урожая), но в таком случае землевладелец должен был помочь арендатору рабочим скотом и посевным .Материал. Чтобы землевладелец спал спокойно, не боялся за свои прибыли, закон устанавливал размер арендной платы в неурожайные годы такой же, как и в благополучные.
    «Законы Хаммурапи» разделяли вавилонское общество на три социальные сословия: авелум («мужи»), мушкенумов («покорные») и вардум (рабы), Ассириологы считают, что на самом деле структура вавилонского общества была значительно сложнее. Но кто такие авелум и мушкенума?
    Авелум «Законы Хаммурапи» явно называли полноправных членов сельской или городской общины, владельцев определенной доли общинной земли. Определить кем были мушкенума сложнее. Как видно из законов, мушкенума пользовались ограниченными гражданскими правами в обществе. Так, за оскорбление мушкенума предполагалось мягче наказания, чем за такую же образа авелум. Имущество мушкенума охранялось меньшим штрафом, здоровья оценивалось дешевле и тому подобное. Кем были мушкенума, точно не установлено. Ясно лишь, что в эту социальную группу, которой занималась царская администрация, входили также бедняки, ведь родственное ЕЕ названии слово мушкенуту означало бедность, нищета. В советской историографии мушкенума зачастую считался прослойка из пауперизованих крестьян и представителей других социальных групп, которых объединяли служба царю и общее название, одним словом — «царских людей». Существовали между мушкенума и авелум непреодолимые социальные барьеры? Скорее всего, не существовали (если наше представление о социальной природе мушкенумов адекватное), ведь земля в Вавилоне свободно покупалась и продавалась, поэтому те мушкенума, в которых водились деньги, могли приобрести землю и стать полноправными членами городской или сельской общины, то есть авелум.
    В «Законах Хаммурапи» много внимания уделяется рабовладельческим отношениям — свидетельство того, что рабство в Вавилоне было важным общественным явлением. Основными источниками рабства были войны, работорговля, наследственное рабство, обращение в рабство правонарушителей. В Древнем Вавилоне рабы уже были юридически бесправным массой, их клеймили (брили полголовы делали специальное татуировки), нередко держали в кандалах. Закон позволял убивать непокорных рабов. Правда, § 282 позволял рабу жаловаться на своего господина в суд, однако судебные процессы между рабами и их хозяевами, хотя и были реальностью еще при III династии Ура, в Старовавилонским сутки уже не практиковались.
    Характерно, что среди вавилонских рабов существовала определенная социальная градация. Так, рабыня-наложница пользовалась преимуществами перед другими рабами, его самого и ЕЕ детей запрещалось продавать, после смерти господина все они становились свободными (§ 146, 171). Отпускались на свободу также бывшие вавилонские граждане, попавшие в рабство за пределами страны.
    Государство оберегала рабовладельческие устои, в частности опекала работорговлю, помогала разыскивать беглых рабов, наказывала за укрывательство чужого раба, за уничтожение на нем рабского клейма и тому подобное.
    В «Законах Хаммурапи» ничего не говорится о том, где использовалась рабский труд, тогда подробно говорится о сфере использования наемного труда, на основании чего некоторые ученые считают Старовавилонским общество капиталистическим, хоть свободный наем существовал еще в докапиталистическую сутки и не обязательно является признаком именно рыночной экономики. Вавилонское право не регламентирует эту сторону производственной жизни, очевидно, потому, что считал использование рабского труда личным делом самих рабовладельцев.
    Отдельным общественным прослойкой в Древнем Вавилоне были воины. Государству нужно было сильное войско, поэтому она заботилась о воинах, оказывала им ряд привилегий. «Законы Хаммурапи», в частности, оберегали воинов от алчных ростовщиков и произвольных командиров. Запрещалось отбирать долг покупать имущество в воина, разве что это была земля, приобретенная воином дополнительно к царскому надела. Ограбление, продажа в рабство воина командиром считались преступлением и карались смертью. Имущество воина мог унаследовать его старший сын, если он шел по стопам отца. Когда в воина не было совершеннолетних сыновей, треть его имущества оставалась вдове, чтобы она могла вырастить детей. Воинов, попадали в плен, выкупали за счет государственной казны. За все это воин имел благодарить государстве добросовестной службой. Когда он опаздывал в поход или присылал вместо себя наемника, то есть непрофессионала, и при этом продолжал пользоваться служебным имуществом, его казнили.
    В вавилонском обществе процветало ростовщичество и его атрибут — кабала. Слишком бурная деятельность ростовщиков угрожала государству обнищанием казны от недобора налогов, ослаблением военной организации, социальными проблемами. Поэтому государство пыталось ограничить ростовщичество, уберечь основную массу общинников от разорения ростовщиками. Хаммурапи уже на втором году своего царствования, подобно своим предшественникам, восстановил «справедливость в стране», то есть отменил долговые обязательства, сохранив саму ростовщическую практику. Его законы регламентировали ростовщический процент, позволив кредитору забирать у должника только ту часть имущества, которая покрывала занятую сумму и годовые, возвращать долг не обязательно серебром, но и продуктами (§51, 96); запрещалось забирать у должника весь урожай (§ 49,66) и др. В неурожайный год взыскании долга видстрочувалося до лучших времен. «Законы Хаммурапи» запрещали держать в кабале авелум, мушкенум же имел отрабатывать долг в хозяйстве кредитора только в течение трех лет. Более того, если бы должник, работая на кредитора, умер из-за плохого содержания, кредитор мог поплатиться за это своей жизнью. Закон оберегал от неумеренного эксплуатации также наемных работников, труд которых стала широко использоваться в Месопотамии именно в Старовавилонским период. Конечно, на практике все эти запреты и ограничения срабатывали не всегда, знатные лица их часто игнорировали.
    Основным звеном вавилонского общества была семья, которая имела ярко выраженный патриархальный характер. Мужчина платил за невесту калым, поэтому, хотя размер приданого и превышал размер выкупа (§ 162-164), считал ее своей собственностью, даже мог продать ее и детей в рабство. Семейное имущество принадлежало мужчине и после его смерти доставалось не вдова а старшему сыну, на которого возлагались заботы о посмертный культ отца. Неудивительно, что женщину в Вавилоне имели ничто. Хотя закон иногда и становился на ее защиту, все же делал это не для того, чтобы отстоять его человеческое достоинство, а учитывая то, что надругательство над женщиной воспринималась как оскорбление ее мужа, опекуна, общества. В семье и обществе женщина была запуганной, забитым существом, она даже не имела возможности сказать мужчине все, что она о нем думает. Соответствующее предостережение ей фиксировалось в брачном контракте [без выполнения определенных юридических формальностей брак не считался законным (§ 128)]. В одном из них, например, читаем: «Римум, сын Шахматума, взял себе жену Баштум, дочь Белисуны, жрицы бога Шамаша, дочери Исе-битума … Если Баштум говорит Риму, своему мужу,» ты мне не муж «, ее свяжут и бросят в воду. Если Римум скажет Баштум, жене, «ты не жена мне», он заплатит ей 10 сиклей серебра в качестве платы за развод «.
    Полюбить другого замужем вавилонянки могла лишь ценой собственной жизни. Если бы у мужчины закралась только подозрение о супружеской измене, женщине оставалось только броситься в воду. Одним словом, к нормам семейной жизни в Вавилоне вполне уместны строки Дж. Байрона:
    Закон Востока мрачен и суров: Оковы брака он НЕ отличает Вот рабства унизительных оков.
    Браки в Вавилоне, как и повсеместно на Древнем Востоке, были ранними. Девушка выходила замуж в 12-14-вещь-ном возрасте, а помолвка, конечно, происходили еще раньше. В одной из месопотамских поговорок — образца тогдашнего черного юмора — человек нелестно отзывался о детских браки, которые излишне удлиняют года семейного счастья: «Не буду я брать трехлетнюю женщину, потому что я не осел» Интересно, какие поговорки о семейном Эдем составляли вавилонянки?
    Следует заметить, что каким бы беспросветным была жизнь вавилонянки, все же дышалось ей легче, чем шумерянци. Вавилонянки, например, в отличие от шумерянкы, в некоторых случаях имела право на развод, могла выйти второй раз замуж, когда становилась вдовой или когда ее муж попадал в плен (правда, как зафиксировано в законах м. Эшнунна, когда мужчина возвращался из плена, он мог снова забрать свою бывшую жену к себе). Приданое принадлежало женщине, в случае развода она забирала его себе, а заодно и часть совместно нажитого имущества. Более того, социальный статус в Вавилоне определялся не по мужем, а за женщиной — сын свободной вавилонянки и раба считался свободным, и рабыни и свободного — рабом (§ 170-171, 175). С больной женщиной мужчина мог расстаться, однако не мог прогнать ее из дома, имел до конца дней удерживать ее (§ 148).
    Распространенным явлением в Вавилоне была проституция — бытовая и храмовая (она развилась еще в шумерские времена). Храмовой проституции в вавилонском обществе отводилась столь важная роль, что, по свидетельству Геродота (видимо, преувеличенным), каждая вавилонянки имела хотя бы раз в жизни выйти замуж за бесценок первому встречному в храме богини любви Иштар (История, и, 199). Бедняки отдавали за плату в публичные дома своих малолетних дочерей. Для профессиональной подготовки жриц любви существовали специальные школы. К представительницам древнейшей в мире профессии в Вавилоне относились снисходительно, хотя и без пиетета. Вавилонская проститутка могла сделать себе неплохую карьеру, скажем, приобрести в собственность публичный дом, а случалось — даже выбиться в царицы.
    «Законы Хаммурапи» оберегали нравственность общества, в частности устанавливали жестокое наказание за клевету, за двурушничество, за оскорбление детьми своего отца или опекуна, за лжесвидетельство. Особенно следили в государстве по благопристойностью и добродетелями жриц. Если бы какая-нибудь из них пристрастилась к рюмке, ее могли сжечь живьем.
    В «Законах Хаммурапи» находим следы существования в вавилонском обществе рудиментов первоначально родовых отношений: талиона (эквивалентной мести), круговой поруки, самосуда и тому подобное. Итак, при всей цивилизованности это общество еще стояло одной ногой в варварстве.
    Что представлял собой политический строй Древнего Вавилона?
    В стране существовала сильная монархическая власть, которая базировалась на развитом государственном секторе экономики. Как свидетельствуют переписка Хаммурапи с чиновниками, царь контролировал все стороны жизни общества, вмешивался в мельчайшие детали управления, что, по мнению историков, не предвещало обществу ничего хорошего. Помогали ему вездесущие чиновники, которых хватало и при царском дворе, и в административных округах. В государстве была тьма-тьмущая фискалов, которые следили за тем, чтобы население исправно вносило в казну зерно, финики, скот, рыбу и другие натуральные продукты, а также отдельный налог серебром и продуктами на содержание царского двора. Чиновники т. Н. «царской палаты» следили, чтобы не опустела государственная казна, в которой хранились на черный день золото, серебро, драгоценные камни.
    В Древнем Вавилоне исправно функционировала достаточно развита судебная система. Судьями были специальные чиновники, которые руководствовались в своей работе писаным правом. Без дела они не сидели, потому что через общедоступность законов и формальную ответственность судов за правильность вынесенных приговоров вавилоняне пристрастились к сутяжничества, особенно по продаже и аренде имущества. В государстве уже сложилось процессуальное право, которое требовало от судей не ограничиваться выслушиванием свидетелей, а проводить расследование по делу. «Законы Хаммурапи» установили уголовную ответственность за лжесвидетельство (оно, как и ложное обвинение, каралось по принципу талиона, то есть тем самым наказанием, которое ожидало обвиняемого, в случае, если бы вину его было доказано). Конечно, вавилонскую Фемиду, как в этом убеждают источники, трудно заподозрить в справедливости и неподкупности, судебные злоупотребления были обычным явлением, судьи в своей массе были предприимчивыми взяточниками.
    В Вавилоне нередко сложные судебные дела решались с помощью «божьего суда», то есть клятвы именем богов (считалось, что боги непременно накажут того, кто даст ложные показания, поэтому отказ давать клятву приравнивалась к признанию своей вины) или водных ордалий (обвиняемого бросали в реку и, как, что он следовал, считали его невиновным; в средневековой Европе, наоборот, чтобы судьи признали обвиняемого невиновным, ему надо было утонуть).
    В исторической литературе нередко можно встретить идеализацию государственного механизма Вавилона. В частности, высказывается мнение, что государство в Вавилоне обеспечивала «гармоничное равновесие» между различными общественными слоями и слоями. На самом деле «социальная гармония» в обществе, где существовали рабы и рабовладельцы, бедные и богатые, простолюдины и знатные, была утопией. Старо-вавилонское общество знало, что такое социальные проблемы, а возможно — И социальные взрывы, о чем намекают строки из «Поэмы о боге чумы Эрри»:

  5. Bolar Ответить

    Этим классовое разделение общества Древнего Вавилона не ограничивалось: свободные граждане тоже имели классовое разделение, они были полноправными и неполноправными. Первые могли быть землевладельцами и нести повинность в пользу государства, а вторые, называемые “мушену” – это бедняки, которые могли иметь рабов, но собственной земли у них не было.

    Рис. 2. Рабы в Древнем Вавилоне.
    Вавилоняне вели отсчет времени по лунному календарю, который, по предположениям ученых, унаследовали от шумеров.

    Государственный строй

    Это государство было классическим образцом восточной деспотии. Главой был царь, который сосредоточил у себя в руках все виды власти, он создавал законы, судил, был главным военачальником и имел все полномочия для исполнительной власти. Делами государства занимались военное ведомство, финансовое, а также ответственное за публичные работы.
    Государственные органы были устроены достаточно просто: местную власть представляли назначаемые наместники, которые осуществляли волю царя в городах, а также были органы общинного самоуправления, которым передавалась часть власти по судебным и административным вопросам.

  6. Gashura Ответить

    Развитию торговли способствовали объединение в рамках единого Вавилонского государства всей территории Месопотамии и сосредоточение всех внутренних и внешних торговых путей, идущих через долину Тигра и Евфрата, в одних руках.
    Предметом экспорта из Вавилонии было зерно, финики, сезамовое масло, шерсть, ремесленные изделия.
    Импорт состоял из металлов, строительного камня и дерева, рабов, предметов роскоши.
    Торговля была предметом особой заботы государства, и ею занимались специальные торговые агенты — тамкары, которые вели крупную государственную и собственную торговлю, притом часто осуществляли ее через более мелких торговцев-посредников. Возможно, они устанавливали и монопольные цены. Недаром
    месопотамская пословица говорит: «Тамкар ушел вон из города, и цены стали свободными». За свою службу
    тамкары получали земельные и садовые участки, дома. Они выступали и как арендаторы царской земли и земельных участков общинников, а также нередко являлись крупными ростовщиками. Важнейшими торговыми центрами были Вавилон, Ниппур, Сиппар, Ларса, Ур.
    Структура вавилонского общества в эпоху Хаммурапи свидетельствует о все более четко проявляющемся и развивающемся рабовладельческом его характере. В законах
    проводится резко ощутимая граница между свободными гражданами и рабами.
    Свободный полноправный гражданин именовался «авилум» —«человек». Но свободные граждане, в число которых входили крупные земельные собственники, тамкары, жречество, крестьяне-общинники, ремесленники, не составляли одного класса, а разделялись на класс рабовладельцев и класс мелких производителей. Судебник
    Хаммурапи лишь в одной из статей различает «человека, высшего по положению» и «низшего по положению»
    и определяет разную степень их ответственности за совершение проступка. Во всех статьях законов защищается частная собственность имущих граждан и интересы рабовладельцев.
    Поскольку основную массу населения вавилонского общества составляли мелкие производители и мелкие собственники, дававшие в казну значительные налоговые поступления и обеспечивавшие военную мощь
    государства, в законах нашли отражение и их права. Например, некоторые статьи защищают их от произвола
    ростовщиков: последним запрещалось самим забирать урожай в счет уплаты долга; регламентировался размер процентов на сумму долга (20 % за взятое в долг серебро, 33 % — за зерновую ссуду); сурово, вплоть до смертной казни, каралось дурное обращение с заложником; долговая кабала ограничивалась тремя годами. Однако приостановить процесс расслоения мелких производителей было невозможно: этот класс постепенно распадался, пополняя, с одной сторон, класс рабовладельцев, с другой — рабов. Старовавилонские деловые документы сохранили ряд сделок, где фигурируют имена крупных ростовщиков, например Бальмунамхе из Ларсы, который часто совершал обмены и покупки садовых участков, видимо, округляя свои владения, приобретал целинные земли, перекупал рабов, скупал у нуждающихся матерей их детей. Нередко также совершались сделки по найму на работу детей и младших братьев обедневших сограждан.
    Кроме свободных в вавилонском обществе имелась такая категория, как мушкенумы. Термин «мушкенум» переводится как «склоняющийся ниц». Мушкенумы работали в царском хозяйстве. Утратив связь с общиной, они не имели земли и собственности, а получали ее за царскую службу в
    условное владение, к тому же обладали ограниченными гражданскими правами. Членовредительство в отношении мушкенума возмещалось, как правило, денежным штрафом, тогда как в отношении свободных применялся принцип «талиона» («око за око, зуб за зуб»). Оплата лечения мушкенума была в два раза меньшей, чем свободного человека, и т. д. Но из законов явствует, что мушкенумы владели имуществом и рабами, их права как собственников строго защищались, при этом имущество их рассматривалось наряду с собственностью дворца, на службе которого они состояли.
    Низший класс вавилонского общества составляли рабы («вардум»). Источниками рабства служили война, имущественное расслоение, приводившее к долговой кабале, неравноправное положение членов семьи, находившихся под патриархальной властью отца, что давало ему право отдать их в залог или продать в рабство, самопродажа в рабство, обращение в рабство за некоторые преступления (например, отказ усыновленного от приемных родителей, расточительство жены, небрежность общинника в отношении оросительного соо- ружения), наконец, естественное воспроизводство рабов. Различались рабы частновладельческие, государственные (или дворцовые), рабы мушкенумов, храмовые рабы. Семья среднего достатка имела от 2 до 5 рабов. Иногда в богатых семьях их число достигало нескольких десятков. Рабы были имуществом, вещью хозяина: в случае их убийства или членовредительства хозяину возмещали ущерб или отдавали раба за раба. Рабов продавали, покупали, отдавали внаем, дарили, похищали. Они имели ряд отличий: это могли быть таблички на груди, особая прическа, клеймо, проткнутые уши, распространенным наказанием раба было отрезание ему уха. Рабы нередко убегали от хозяев или пытались оспорить свое рабское состояние, но за это их жестоко наказывали. Тех свободных граждан, кто помогал беглым рабам скрыть рабские знаки или укрывал их в своем доме, ждала суровая кара: от отсечения руки до смертной казни. За поимку беглого раба полагалось вознаграждение.
    Но в то же время рабство в Вавилонии имело ряд своеобразных черт: рабы могли иметь небольшое имущество, которым в конечном счете распоряжался хозяин, могли вступать в брак со свободными женщи-
    нами, сохранявшими при этом свои гражданские и имущественные права, дети от таких браков считались свободными. Рабовладелец, имевший детей от рабыни, мог включить их в число законных наследников своего имущества.
    Вавилонская семья была патриархальной и находилась под властью домовладыки — отца и мужа. Браки заключались на основе договоров и сопровождались принесением со стороны жениха брачного дара, а со стороны невесты — приданого. Жена сохраняла права на свое приданое, на дары мужа, после его смерти распоряжалась семейным имуществом до совершеннолетия детей. Законы охраняли честь, достоинство и здоровье женщины, но жестоко карали за дурное отношение к мужу и расточительство обращением в рабство, а за нарушение супружеской верности — смертью. Развод или вторичное замужество вдовы были за- труднительны. Право на наследование родительского имущества «от соломы до золота» имели все дети обоего пола, однако некоторое преимущество отдавалось сыновьям.
    Вавилонское государство приобрело определенные черты древневосточной деспотии. Во главе государства стоял царь, обладавший законодательной, исполнительной, судебной и религиозной властью. Обширным был фонд царских земель: в Ларсе, например, он составлял 30—50 % обрабатываемой площади. Но структура го- сударственного хозяйства принципиально изменилась по сравнению с эпохой III династии Ура. Для последней было характерно создание в масштабе всей страны гигантского царско-храмового хозяйства, функ- ционирование которого обеспечивалось свободными (административный персонал, ремесленники, воины) и в основном рабами и подневольными работниками, получавшими натуральное довольствие из казны. Для старовавилонского периода перспективными в экономическом отношении оказались иные тенденции: поощрение общинно-частного сектора собственности и раздача царских земель, мастерских, пастбищ в аренду или в условное держание за службу чиновникам, воинам, мушкенумам и др.
    Сформировалось судебное ведомство. Видное место в нем занял царский суд, сосредоточивший в своих руках основные
    судебные функции и заметно потеснивший храмовый суд, суд общины, суд квартала в городе, однако некоторые права решать семейные и уголовные дела, совершенные на их территории, они все же сохранили.
    Судьи объединялись в коллегии, им подчинялись также глашатаи, гонцы, писцы, составлявшие судейский персонал.
    Финансово-податное ведомство занималось сбором налогов, которые взимались серебром и натурой с урожая, скота, продуктов ремесла.
    Царская власть опиралась на армию, формировавшуюся из отрядов тяжело- и легковооруженных воинов —
    редум и баирум. Их права и обязанности были определены в 16 статьях законов Хаммурапи. Воины получали от государства за службу неотчуждаемые земельные наделы, иногда с садом, домом, скотом. Законы защищали воинов от произвола командиров, предусматривали выкуп их из плена, обеспечение семьи воина. Воин же был обязан исправно нести службу, за уклонение от которой его могли казнить.
    Огромный бюрократический аппарат, деятельность которого строго контролировалась царем, выполнял все его распоряжения. При этом представители царской администрации имели тесный контакт с представителями власти на местах: общинными советами и старостами общин. Сурово боролись в административном аппарате со взяточничеством, подкупом, недисциплинированностью, леностью.
    Создание централизованного Вавилонского государства и возвышение Вавилона нашли в дальнейшем свое отражение и в религиозном культе: во главе пантеона был поставлен местный бог, покровитель города Вавилона Мардук, некогда бывший одним из младших богов. Мифы приписывали этому богу функции
    демиурга — творца Вселенной и людей, царя богов.

  7. Winjoker Ответить

    Суть
    моей контрольной работы состоит в рассмотрении законов, относящихся к общине
    Вавилона. Это исследование необходимо для того, чтобы в дальнейшем понять,
    какими правами она обладала, насколько весомой была ее роль в жизни государства.
    1. Общая характеристика Законов Хаммурапи
    Правление царя Хаммурапи ознаменовано созданием сборников
    законов. Хаммурапи, придавая большое значение законодательной деятельности,
    приступил к ней в самом начале своего правления. Первая кодификация была
    создана на втором году правления: это был год, когда царь «установил право
    стране». Эта кодификация не сохранилась. Известные законы Хаммурапи
    относятся к концу его царствования.
    «Законы Хаммурапи» были найдены в 1901-1902 гг. французской
    археологической экспедицией при раскопках в Сузах (столице древнего Элама) и
    хранятся Лувре. Черный базальтовый столб, на котором эти законы были высечены
    архаической клинописью, очевидно, был захвачен в качестве трофея эламитами. На
    верху лицевой стороны столба изображен царь, в молитвенной позе стоящий перед
    богом Солнца Шамашем — покровителем суда, который, восседая на троне, вручает
    ему данные законы. Под рельефом начертан текст законов, заполняющий обе стороны
    столба.
    Текст распадается на три части. Первой частью является
    обширное введение, в котором Хаммурапи объявляет, что боги передали ему царство
    для того, «чтобы сильный не притеснял слабого». Далее царь
    перечисляет свои титулы, прославляет свое величие, отмечает благодеяния,
    которые были оказаны им городам своего государства. После введения следуют
    статьи законов, которые касаются уголовного права, судопроизводства, нарушения
    права собственности, прав воинов, права владения недвижимостью, торговли,
    залогового права, семейного права, членовредительства, работы зодчих и
    кораблестроителей, найма рабочей силы и рабства. В заключении царь перечисляет
    свой заслуги перед государством, призывает благословение на голову тех царей,
    которые будут выполнять законы и посылает грозные проклятья на тех, кто не
    будет их соблюдать или решиться их отменить.
    Всего статей насчитывалось первоначально 282, но на найденном
    в Сузах столбе нашли до нас только 247; 35 статей, написанных на лицевой
    стороне столба, были выскоблены, вероятно, по приказу царя-победителя, который,
    возможно, собирался начертать здесь реляцию о своей победе. Недостающие статьи
    восстанавливаются на основе фрагметов глиняных табличек, найденных в Сузах и
    других местах, особенно в знаменитой библиотеке Ашшурбанапала. Кроме того в
    ряде мест найдены копии кодекса, которыми древневавилонские писцы и судьи
    пользовались в целях обучения, а также в судебной практике.
    При составлении кодекса в его основу было положено старое
    обычное право, шумерийские судебники, новое законодательство.
    Язык законов – классический Вавилонский диалект аккадского.
    Введение и заключение составлены в ритмической форме.
    Законы несовершенны с точки зрения их полноты, и по своей
    категоричности они не предусматривают разнообразных явлений жизни.
    Тексты составлены в основном в казуистической форме. Законы
    не содержат общих принципов, нет системы в изложении, хотя известная логика
    присутствует. Но все представленные случаи разбираются с большой
    обстоятельностью. Законы Хаммурапи, в отличие от многих других кодификаций,
    характеризует почти полное отсутствие сакрально- религиозных мотивировок
    преступлений и религиозных санкций за их совершение.
    2. Структура вавилонского общества в
    эпоху Хаммурапи
    Общественный и политический строй Вавилонского государства в
    правление Хаммурапи известны благодаря сохранившемуся своду этого царя, его
    переписке с наместниками и чиновниками и частноправовыми документами. Структура
    вавилонского общества в эпоху Хаммурапи свидетельствует о все более четко
    проявляющемся и развивающемся рабовладельческом его характере. В законах проводится
    резко ощутимая граница между свободными гражданами и рабами.
    Свободный полноправный гражданин именовался «авилум» —
    «человек». Но свободные граждане, в число которых входили крупные земельные
    собственники, тамкары, жречество, крестьяне-общинники, ремесленники, не
    составляли одного класса, а разделялись на класс рабовладельцев и класс мелких
    производителей. Судебник Хаммурапи лишь в одной из статей различает «человека,
    высшего по положению» и «низшего по положению» и определяет разную степень их
    ответственности за совершение проступка (ст. 202 «Законов Хаммурапи»). Во всех
    статьях законов защищается частная собственность имущих граждан и интересы
    рабовладельцев.
    Поскольку основную массу населения вавилонского общества
    составляли мелкие производители и мелкие собственники, дававшие в казну
    значительные налоговые поступления и обеспечивавшие военную мощь государства, в
    законах нашли отражение и их права. Например, некоторые статьи защищают их от
    произвола ростовщиков: последним запрещалось самим забирать урожай в счет
    уплаты, долга (ст. 66 «Законов Хаммурапи»); регламентировался размер процентов
    на сумму долга (20% за взятое в долг серебро, 33% — за зерновую ссуду) (ст. 51
    «Законов»); сурово, вплоть до смертной казни, каралось дурное обращение с
    заложником; долговая кабала ограничивалась тремя годами (ст. 117 «Законов
    Хаммурапи»).
    Кроме свободных в вавилонском обществе имелась такая
    категория, как мушкенумы. Термин «мушкенум» переводится как «склоняющийся ниц».
    Мушкенумы работали в царском хозяйстве. Утратив связь с общиной, они не имели
    земли и собственности, а получали ее за царскую службу в условное владение, к
    тому же обладали ограниченными гражданскими правами. Членовредительство в
    отношении мушкенума возмещалось, как правило, денежным штрафом, тогда как в
    отношении свободных применялся принцип «талиона» («око за око, зуб за зуб»).
    Оплата лечения мушкенума была в два раза меньшей, чем свободного человека, и т.
    д. Но из законов явствует, что мушкенумы владели имуществом и рабами, их права
    как собственников строго защищались, при этом имущество их рассматривалось
    наряду с собственностью дворца, на службе которого они состояли.
    Низший класс вавилонского общества составляли рабы
    («вардум»). Источниками рабства служили война, имущественное расслоение,
    приводившее к долговой кабале, неравноправное положение членов семьи,
    находившихся под патриархальной властью отца, что давало ему право отдать их в
    залог или продать в рабство, самопродажа в рабство, обращение в рабство за
    некоторые преступления (например, отказ усыновленного от приемных родителей,
    расточительство жены, небрежность общинника в отношении оросительного
    сооружения), наконец, естественное воспроизводство рабов. Различались рабы
    частновладельческие, государственные (или дворцовые), рабы мушкенумов, храмовые
    рабы. Семья среднего достатка имела от 2 до 5 рабов. Иногда в богатых семьях их
    число достигало нескольких десятков. Рабы были имуществом, вещью хозяина: в
    случае их убийства или членовредительства хозяину возмещали ущерб или отдавали
    раба за раба. Рабов продавали, покупали, отдавали внаем, дарили, похищали. Они
    имели ряд отличий: это могли быть таблички на груди, особая прическа, клеймо,
    проткнутые уши. Распространенным наказанием раба было отрезание ему уха. Так
    например рабу отрезали ухо если он бил ребенка свободного гражданина по щеке
    (ст. 205 «Законов Хаммурапи») или сказал хозяину что он не его раб (ст. 282
    «Законов Хаммурапи») Рабы нередко убегали от хозяев или пытались оспорить свое
    рабское состояние, но за это их жестоко наказывали. Тех свободных граждан, кто
    помогал беглым рабам скрыть рабские знаки или укрывал их в своем доме, ждала
    суровая кара: от отсечения руки до смертной казни.(ст. 15,16,19,226,227
    «Законов Хаммурапи») За поимку беглого раба полагалось вознаграждение (ст. 17
    «Законов Хаммурапи»).
    Но в то же время рабство в Вавилонии имело ряд своеобразных
    черт: рабы могли иметь небольшое имущество, которым в конечном счете
    распоряжался хозяин, могли вступать в брак со свободными женщинами,
    сохранявшими при этом свои гражданские и имущественные права, дети от таких
    браков считались свободными. Рабовладелец, имевший детей от рабыни, мог
    включить их в число законных наследников своего имущества.
    Вавилонское государство приобрело определенные черты
    древневосточной деспотии. Во главе государства стоял царь, обладавший
    законодательной, исполнительной, судебной и религиозной властью. Обширным был
    фонд царских земель: в Ларсе, например, он составлял 30 — 50% обрабатываемой
    площади. Но структура государственного хозяйства принципиально изменилась по
    сравнению с эпохой 111 династии Ура. Для последней было характерно создание в
    масштабе всей страны гигантского царско-храмового хозяйства функционирование
    которого обеспечивалось свободными (административный персонал, ремесленники,
    воины) и в основном рабами и подневольными работниками, получавшими натуральное
    довольствие из казны. Для старовавилонского периода перспективными в
    экономическом отношении оказались иные тенденции: поощрение общинно-частного
    сектора собственности и раздача царских земель, мастерских, пастбищ в аренду
    или в условное держание за службу чиновникам, воинам, мушкенумам и др.
    Сформировалось судебное ведомство. Видное место в нем занял
    царский суд, сосредоточивший в своих руках основные судебные функции и заметно
    потеснивший храмовый суд, суд общины, суд квартала в городе, однако некоторые
    права решать семейные и уголовные дела, совершенные на их территории, они все
    же сохранили. Судьи объединялись в коллегии, им подчинялись также глашатаи,
    гонцы, писцы, составлявшие судейский персонал. Финансово-податное ведомство
    занималось сбором налогов, которые взимались серебром и натурой с урожая,
    скота, продуктов ремесла. Царская власть опиралась на армию, формировавшуюся из
    отрядов тяжело- и легковооруженных воинов — редум и баирум. Их права и обязанности
    были определены в 16 статьях законов Хаммурапи. Воины получали от государства
    за службу неотчуждаемые земельные наделы, иногда с садом, домом, скотом. Законы
    защищали воинов от произвола командиров, предусматривали выкуп их из плена,
    обеспечение семьи воина. Воин же был обязан исправно нести службу, за уклонение
    от которой его могли казнить.
    3. Правовое положение общины в
    Вавилоне в 1 пол. 2 тыс. до н.э.

  8. I_feel_so_alive Ответить

    Концепция общества, основанного на письменном своде законов, применяемых в публичных судах, стала величайшим вкладом вавилонян в представления людей о цивилизованной жизни. Впрочем, некоторые из моральных принципов, на которых основано вавилонское правосудие, сформулировали в чем-то более гуманные шумерские правители. В качестве примера мы уже приводили Ур-Намму, основателя Третьей династии Ура, который запрещал обижать вдов и сирот. Но что касается общественных отношений, благочестивые призывы – одно, а должным образом исполняемые законы – другое. Именно Хаммурапи первым систематизировал и кодифицировал существовавшие до него нечеткие принципы правосудия.
    Но свод законов Хаммурапи уникален не только тем, что является древнейшим памятником правосудия в истории; еще более интересны предоставляемые им свидетельства о повседневной жизни простых людей того времени. Очевидно, нам особенно недостает именно этих фактов, так как большинство дошедших до нас сведений касается царей с их экзотическими и труднопроизносимыми именами, их бесконечных войн на уничтожение соседей, а также возвышения и упадка многочисленных городов-государств. Кроме того, почти все артефакты, обнаруженные в сотнях холмов, оживляющих унылый ландшафт Междуречья, были найдены в гробницах правителей или высокопоставленных лиц, и письменные документы в основном повествуют о государственных делах или коммерческих сделках.
    В сравнении с ними свод законов Хаммурапи и судебные документы часто позволяют нам хотя бы краем глаза взглянуть на повседневную жизнь простых горожан – подобно тому, как улицы Помпеи и Геркуланума неожиданно оживили римскую историю и явили ее истинное лицо тем, кто знал о ней только по хрестоматийным «Запискам о галльской войне» Цезаря. Оказалось, что шумеры, вавилоняне и ассирийцы очень тщательно и усердно вели судебные записи. Судебный чиновник фиксировал суть всякого дела на глиняной табличке, помещал ее в глиняный конверт и оставлял на хранение. За сотню лет раскопок были найдены десятки тысяч подобных табличек. По этим документам можно представить себе общую картину государств, процветавших три – пять тысяч лет тому назад, – приблизительно такую же, как о нашем обществе на примере судебных отчетов.
    Прежде всего в глаза бросается жесткая структура ранних обществ, утвержденная впервые в своде законов Хаммурапи и дошедшая до наших дней. Другими словами, разница между цивилизованным и родовым общественным устройством заключается в разделении классов. Так, Хаммурапи ясно дает понять, что в вавилонском обществе существовало три основных группы и одна из главных целей его свода – урегулировать отношения между ними. Названия в аккадской версии текста расшифровать довольно трудно, но смысл их очевиден. Высшая социальная группа называлась «авеллум», буквально «люди», – вероятно, имелась в виду знать, занимающая высокое положение благодаря происхождению, богатству и власти. Вторая группа – «мушкенум», что можно перевести как «обыватели» или «буржуа». Третье, низшее, сословие называлось «вардум», что означало «рабы» или «зависимые люди». Можно сказать, что в каком-то смысле эта стратификация общества сохранилась и до наших дней; хотя разные режимы старались изменить ее, и это им даже иногда ненадолго удавалось, все же различия в происхождении, образовании, профессиональном статусе и способностях подрывают на практике философские, религиозные или политические теории о бесклассовом обществе.
    В Вавилоне мы впервые сталкиваемся с такой жесткой социальной структурой. Высший класс состоял из хранителей закона, порядка и традиций, другими словами – из высокопоставленных государственных лиц и чиновников от царя до полководцев. К их числу принадлежали верховные жрецы, чиновники, придворные и т. п., призванные хранить привилегии высшего класса. Класс, который мы назвали бы «средним», состоял из торговцев, земледельцев, ремесленников и разного рода специалистов. Это были свободные люди, отличающиеся от представителей высшего класса не столько богатством, образованием и умом, сколько практически добровольным признанием своего подчиненного положения. Низший класс состоял из рабов, не имевших никаких прав, за исключением тех, которые им предоставляли хозяева. Их можно сравнить со средневековыми крепостными или подневольными работниками XIX в. Вполне можно доказать, что образ жизни и статус шумерского домашнего раба в 2850 г. до н. э. почти ничем не отличался от образа жизни и статуса английского фабричного рабочего 1850 г. н. э., хотя, принимая во внимание все свидетельства об условиях, в которых жили и трудились эти люди, приходится признать, что первым жилось даже лучше, чем вторым.
    В целях регулирования такой классовой структуры вавилоняне уже на ранней стадии развития разработали принципы правосудия, прекрасно подходившие для их государственного устройства, а именно: преступление против представителя высшего класса считалось более серьезным и за него назначалось более серьезное наказание, чем за преступление против представителя среднего или низшего класса. Современная концепция «равенства перед законом» показалась бы древним жителям Месопотамии неразумной, ведь, согласно их представлениям, царь, знатный человек, полководец или верховный жрец, выполнявшие ответственную государственную работу, были гораздо важнее для государства, чем, скажем, лавочник. Следовательно, за убийство первого нужно наказывать строже, чем за убийство второго. В то же время знатный человек за услуги должен был платить больше, чем простой обыватель, и это понятно – ведь он мог позволить себе заплатить врачу гораздо больше, чем лавочник. Рабы же вовсе ничего не платили.
    Нам трудно ясно представить себе социальное положение рабов Месопотамии и отношение к ним со стороны других членов общества, поскольку мы привыкли ассоциировать слово «раб» с африканскими чернокожими невольниками, которых эксплуатировали представители белой расы с начала XV в. и почти до конца XIX в. н. э. Но рабство в этот период отличалось от рабства Древнего мира, поскольку проблемы морали и теории о расовом превосходстве вряд ли заботили древних. Социальный институт рабства дохристианского периода совершенно не был связан с расовой дискриминацией, а изначально служил средством организации труда в условиях отсутствия совершенных механизмов, а также использовался для обращения с военнопленными. Небольшие государства постоянно воевали друг с другом, и потому им приходилось либо убивать пленных, либо использовать их труд. Второе оказалось выгоднее – примерно так же в Средние века практика выкупа ослабила жестокости на поле боя.
    В ранних сводах законов можно найти даже свидетельства своеобразного гуманного отношения к рабам, сначала в Шумере, затем и в Вавилоне. Так, например, раб мог обратиться в суд с жалобой на своего хозяина и свидетельствовать против него, хотя, по-видимому, теория далеко не всегда совпадала с практикой. Неизвестно, насколько успешно функционировала бы система эксплуатации, если бы рабы могли свободно протестовать. Подобные права кое-где предоставлялись чернокожим рабам британских колоний и американского Юга, но вряд ли рабовладельцы обращали на них какое-то внимание. Более того, раз уж рабов в Шумере можно было безнаказанно клеймить, пороть и даже убивать, то о какой же справедливости древней системы общественного устройства можно говорить? Тем не менее законы предоставляли рабам возможность подавать жалобы в суд, владеть имуществом, заниматься торговлей, выкупать себя из рабства и сочетаться браком со свободными людьми. Так что, вероятно, для зависимого человека всегда оставалась надежда добиться свободы и процветания. Скорее всего, все зависело от личных качеств и способностей раба. Умный раб всегда мог найти дело, выкупить себя из рабства и жениться на свободной женщине. Красивая и умная рабыня могла, вне всякого сомнения, оказать влияние на своего хозяина и с согласия уступчивой жены стать фактической хозяйкой дома.
    Что же касается взаимоотношений полов, то приходится признать, что женщины находились в незавидном положении, так как обществом управляли исключительно мужчины. И поскольку женщины не могли заниматься государственными, религиозными или политическими делами, то им приходилось ограничивать свою деятельность стенами дома. Правда, порой мы встречаем упоминания о той или иной женщине, правившей одной из древних империй, – примером тому может служить ассирийская царица Семирамида. Ее правление оказалось весьма недолгим, через четыре года на престоле ее сменил сын Адад-Нерари (810—782 гг. до н. э.), и имя Семирамиды стало достоянием легенд. Единственное упоминание о ней после передачи власти состоит в том, что она якобы улетела из дворца, обратившись голубкой, и с тех пор о ней больше ничего не слышали. Из подобных легенд и сказок мы почти ничего не можем узнать о реальном положении женщин в ассирийском обществе.
    Гораздо больше сведений можно извлечь из свода законов Хаммурапи. Брак, например, закреплялся законным контрактом, который давал женщине чувство защищенности, особенно если учесть, что муж не мог развестись с ней, не выплатив компенсации. Но о том, чтобы занять более высокое общественное положение, и речи быть не могло. Мужчина мог содержать столько сожительниц, сколько был в состоянии прокормить, кроме того, к его услугам был общественный гарем в лице храмовых проституток. В таких условиях трудно ожидать, что муж будет демонстрировать особую любовь и преданность своей единственной жене.
    Но и от женщин также не требовалось ни соблюдения строгой моногамии, ни, с другой стороны, вступления в какие-либо романтические отношения. Одним словом, в Вавилоне сексуальные отношения имели своей целью либо продолжение рода, либо развлечение, и нигде в их литературе нет ни запрета на сексуальные отношения, ни описаний возвышенных духовных чувств между мужчиной и женщиной, которые образуют понятие «любовь». Конечно, глупо отрицать, что юноши и девушки, а иногда взрослые мужчины и женщины привязывались друг к другу настолько, что сексуальные желания отходили на второй план; подчеркнем лишь, что до нас не дошло описаний таких отношений в литературе. С другой стороны, религиозная проституция была узаконена на том основании, что потворство своей похоти способствует удовлетворению не только физических, но и духовных потребностей человека. Нам это кажется странным, но ведь считалось, что боги, заложившие правила человеческого поведения, сами подобны людям и что они испытывают те же потребности. Им нужны удобные жилища (храмы); преданные слуги, которые присматривали бы за домом (жрецы); жена благородного происхождения (верховная жрица культа); прекрасные наложницы (служительницы культа) и знающие свое дело члены семьи (послушницы). Предполагалось, что бог пользуется всеми удобствами и людьми, предоставляемыми в его распоряжение, – потребляет пищу, выкладываемую на алтарь, сожительствует с женой (в Уре на эту роль назначали царскую дочь), развлекается с наложницами и, при желании, со слугами-мужчинами, то есть храмовыми жрецами. Последние порой так же занимались проституцией, как и их священные сестры, выполняя желания бога. А то, что считается естественным и хорошим для бога, должно быть хорошим и для человека. Из всего вышесказанного следует, что сутью морали Шумера, а позже Вавилонии и Ассирии, было не подавление земных желаний с целью удостоиться высшей награды на небесах, а, напротив, ничем не ограничиваемое стремление к наслаждению здесь, на земле. Ибо жители древней Месопотамии, похоже, не верили в загробную жизнь – по крайней мере, не представляли, что есть место, где после смерти достойных ждет вечное блаженство. Единственные дошедшие до нас упоминания «о том свете» повествуют о мрачном мире, где духи питаются глиной и трепещут, словно раненые птицы. Нормальный здоровый человек не испытывал ни малейшего желания попасть в это место, откуда нет возврата, хотя и осознавал, что уход туда неизбежен, а потому выполнял все необходимые приготовления, чтобы сделать его более приятным, – как путешественник подготавливается к долгой и нудной поездке. На практике же вавилоняне прилагали все интеллектуальные, моральные и физические усилия, чтобы достичь наибольшего процветания при жизни, что им и удалось успешно сделать в отведенных им границах времени и пространства. Их благополучие зависело от сельского хозяйства, потому что в тот ранний период международная торговля была ограничена, а физические потребности рядового гражданина в любом случае оставались весьма простыми. Удовлетворить их можно было с помощью плодородной земли, ежегодно обогащаемой наносами двух великих рек. Другим главным ресурсом была вода; в важнейшие обязанности царя входило поддержание старых каналов и сооружение новых, чтобы население не испытывало недостатка в воде.
    Основной злаковой культурой был ячмень, который употребляли в пищу и корм скоту, – варили из него пиво; ячменем также платили за работу. Пшеницу, по всей видимости, выращивали в меньших количествах, чем ячмень. Выращивали также корнеплоды и фруктовые деревья, которые не только служили дополнительным источником пищи, но и предоставляли древесину для безлесной равнинной местности. Недостаток дерева и камня определял выбор строительных материалов и принципы архитектуры в те времена также, как и сейчас. Обычные дома, а также дворцы царей строили из глиняных кирпичей. В домах не было окон, внутри располагались простейшие предметы мебели. Глиняные хижины в деревушках современного Ирака почти в точности повторяют этот тип жилища. Но всякий, кто немного пожил в таком примитивном доме, знает, насколько он удобен: отсутствие солнечного света и полумрак хорошо подходят для условий пустыни, а внутренний двор, где семья отдыхает по вечерам, – это идеальная альтернатива кондиционерам.
    Семья, обитавшая в таких стенах, вела очень скромный образ жизни. У жителей не было особого выбора в пище; основными продуктами считались ячменный хлеб, ячменная каша, лепешки и т. д. На обширных угодьях выращивали овощи и фрукты, охотились, ловили рыбу. Всю пищу ели в свежем виде, то есть как и требуется для поддержания здоровья. Поэтому можно предположить, что здоровье вавилонян было хорошим, хотя точно утверждать ничего нельзя, так как никакой статистики не велось. В табличках встречаются упоминания о болезнях и о средствах исцеления, но они в основном говорят нам о вере в магию и о распространенности предрассудков, поэтому не всегда возможно отделить правду от вымысла. Возьмем, к примеру, описание болезни, похожей на воспаление аппендикса, язву желудка или кишечника, несварение желудка, метеоризм или просто на боль в животе:
    «Если живот человека горячий, то нужно растолочь и смешать семь лекарств (их названия отсутствуют или не определены). Затем процедить, смешать с пивом, довести до кипения, снова процедить и охладить. Добавить ячменной воды и немного розовой воды. Ввести эту смесь в его задний проход (с помощью клизмы), и больной выздоровеет».
    Скорее всего, цель данной манипуляции – обычное промывание кишечника. Но непонятно, зачем для этого нужно так долго готовить отвар. Наверное, лекари старались окружить свою науку ореолом тайны, недоступной для непосвященных, и чем загадочней казались их действия, тем мудрее казался сам лекарь, что помогало ему брать высокую плату в случае выздоровления.
    Исходя из множества дошедших до нас медицинских текстов, рецептов, описаний болезни и т. д., в древней Месопотамии не было недостатка во врачах, хотя Геродот утверждает обратное. Греческий историк пишет, что в его время у вавилонян не было врачей и поэтому возник интересный обычай публичного лечения, когда больной садился на рынке, чтобы любой прохожий мог выслушать его жалобы и дать совет – особенно полезный, если прохожий сам страдал от подобной болезни и излечился.
    Однако Геродота явно плохо информировали, так как огромное количество документов по медицине свидетельствует о глубоком интересе шумеров и вавилонян к этой науке. Можно даже прийти к выводу, что у них были не только терапевты и хирурги, но и психиатры, имеющие дело с психическими расстройствами. Эти последние, очевидно, полагались на различные предзнаменования, о чем свидетельствует следующий список «полезных примет»:
    «Если больной увидит черную свинью, то он умрет.
    Если больной увидит белую свинью, то он выздоровеет.
    Если больной увидит красную свинью, то он умрет на третий день (или месяц).
    Если больной увидит свиней с поднятыми хвостами, то ему не о чем беспокоиться.
    Если больной увидит совокупляющихся свиней, то он… (далее пропуск).
    Однако развитие медицины сильно сдерживали ограничения, накладываемые государством и религией. Так, по закону следовало наказать врача, точнее, хирурга, проведшего неудачную операцию. Если врач в ходе операции повредил глаз пациента, то следовало повредить глаз врача. Неудивительно, что хирургия не пользовалась особой популярностью, и иногда высказываются сомнения, что вавилоняне вообще ею занимались. Они никогда не осмелились бы разрезать глотку пациента, чтобы достать застрявшую рыбью кость, как это делали греческие врачи. Более целесообразным им казалось доверяться традиционным диагнозам и прогнозам, которые были записаны и тем самым приобрели официальный медицинский статус. Некоторые из вавилонских медицинских текстов дошли до наших дней; эти таблички, найденные на местах развалин многих ассиро-вавилонских городов, датируются периодом с VIII по V в. до н. э. Они представляют собой весьма любопытную страницу истории медицины; на их примере видно, до каких изощренных высот может дойти теория цветодиагностики за долгое время, начиная со 3—2-го тысячелетий до н. э. Так, мы узнаем, что:
    «Если ягодицы больного желтые, то у него есть причины беспокоиться.
    Если его правая ягодица черная, то болезнь его будет суровой.
    Если его левая ягодица красная, то болезнь его будет продолжительной.
    Если его кал красный, то ему станет лучше.
    Если его кал черный, то он умрет.
    Если его половой член красный, то он будет болеть долго, но затем выздоровеет.
    Если его половой член черный, то он умрет.
    Если его моча зеленая, то его болезнь будет продолжительной.
    Если его моча цвета розовой воды, то ему станет лучше.
    Если его яички красные, то ему станет лучше.
    Если его яички черные, то он умрет».
    Из подобных назидательных советов становится ясно, что медицина в Вавилоне и Ассирии представляла собой смесь шарлатанства, магии и разрозненных эмпирических сведений; впрочем, подобное состояние медицины сохранялось повсеместно на протяжении последующих двух тысяч лет. Это видно из совета, который давали ученикам врачи салернской школы приблизительно в 100 г. н. э.
    «Будучи призванным к больному, поручите себя воле Господа и ангелу, направлявшему Тобиаса. Между тем расспросите посланника и узнайте от него как можно больше, чтобы уже ничего нового не узнавать по пульсу или выделениям больного, ибо, продемонстрировав свои знания, вы поразите его и войдете к нему в доверие».
    Но в других областях знания, таких, как математика и астрономия, где предрассудки не могли серьезно препятствовать развитию науки, вавилоняне достигли небывалых высот. И в самом деле, когда европейцы все еще жили в пещерах и считали на пальцах, шумерский ученик решал квадратные уравнения. Вавилоняне, заимствовавшие математику у шумеров, вели регулярные записи астрономических наблюдений, благодаря чему греческие ученые, в свое время приступившие к наблюдению небесных тел, получили в распоряжение таблицы солнечных и лунных затмений начиная с 737 г. до н. э., вместе с таблицами эфемерид, по которым предсказывали даты новолуний и рассчитывали орбиты планет.
    Такие достижения кажутся нам сопоставимыми с достижениями современной науки и техники и могут привести к ложному заключению, что древние были гораздо ближе к нам, чем это принято считать. Однако при более подробном рассмотрении схожесть эта оказывается поверхностной. Да, действительно, повседневная жизнь среднего жителя Вавилона не особо отличалась от повседневной жизни обитателей современных больших городов. У него была регулярная работа, определенный общественный статус; от несправедливости его защищали законы страны; у него была семья и пусть простое, но удобное жилище; его дети ходили в школу; он искал развлечений вне дома, на улице, как это с незапамятных времен делают жители Среднего Востока и Средиземноморья. Но хотя физически свободным его еще можно было назвать (если, конечно, это был полноправный член общества), об интеллектуальной свободе не могло быть и речи. В этом смысле ни один вавилонянин, от царя до простолюдина и от художника до ученого, не мог считаться свободным. Общество выглядело единым монолитом, а это значит, что ценность отдельного человека была не больше цены отдельного винтика в сложном механизме. И если он плохо выполнял свою функцию, то его, подобно винтику, заменяли. При этом он не только не восставал против системы, но даже и не сомневался в ее правильности. Политики в современном смысле – то есть в таком, в каком ее понимали греки и римляне, – просто не существовало. Все решения и действия выполнялись как бы автоматически; нельзя было даже представить себе какую-либо серьезную оппозицию в искусстве или науке, не говоря уже о религии или политике. Конечно, у некоторых наверняка могли возникать какие-то свои смутные идеи, отличавшиеся от общепринятых, но они никогда не осознавали их до конца. Людей не учили думать, они должны были только подчиняться. Неизбежным результатом такой системы стал порядок, при котором у индивидуума не было ни возможности, ни стремления что-то изменить.
    Анализ общественного устройства древних государств Месопотамии приводит нас к выводу, что, какими бы ни были материальные и научные достижения, с интеллектуальной и духовной точки зрения их режим оставался бесплодным, ибо авторитарная система заставляла людей думать и действовать так, словно бы они обитали в хорошо управляемом и относительно гуманном исправительном учреждении. Та духовная свобода, которой отличался, например, Сократ, для подобного типа общества представляется невозможной. Поэтому за две тысячи лет, начиная с правления Ур-Намму из Третьей династии Ура и до эпохи Набонида, последнего царя Вавилона, не возникло ни одной оригинальной философской, религиозной или политической концепции. За все это время почти не изменились ни религия, ни политика, ни экономика, ни правосудие, ни архитектура, ни инженерное искусство, ни наука, ни искусство, ни даже сама структура общества. Это еще один аргумент не в пользу авторитарной формы правления.
    Нам известно, с каким интересом относились шумеры к жизни (что нашло отражение в их литературе), мы видели попытки вавилонского правителя Хаммурапи увековечить справедливость в законах, что предвещало в отдаленном будущем надежды на улучшение общественных отношений. Падение молодого Вавилонского царства положило конец надеждам на дальнейшие преобразования; после этого история вновь пестрит лишь именами царей, непрерывно ведущих войны. Упоминаний этих имен действительно очень много, благодаря чему профессиональным ассириологам придется еще долго работать, составляя списки монархов и устанавливая даты сражений (хотя для нас достаточно одних лишь рельефов с воинами из дворцов, раскопанных еще в XIX в.). Вся последующая ассирийская история представляет собой, по сути, список жестокостей, совершенных во имя прославления великих царей и имеет мало общего с историей развития цивилизации.

Добавить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *