Почему в конце поэмы 12 появляется образ христа почему?

12 ответов на вопрос “Почему в конце поэмы 12 появляется образ христа почему?”

  1. Chocolate girl Ответить

    Тем не менее, нужно учитывать то, что сам Блок принял революцию как путь к новой жизни, позитивным изменениям. Этот факт и разрушает новое толкование символического евангельского образа. Кроме того, следует обращать внимание на красноречивую художественную деталь – белый венок из роз. Католики считают, что роза – это символ Девы Марии, белый цвет же означает невинность, чистоту, обновление Земли и Неба, благословение высших сил. Таким образом, автор указывает на соединение Неба и земли, Святого духа и Девы Марии. «Белый венчик» противопоставляется «красному флагу».
    Образ Христа следует анализировать неотрывно от образа 12 красноармейцев, которые символизируют двенадцать апостолов. Литературоведы называют их «апостолами революции». Христос идет впереди них, как бы благословляя путь к «новому миру». Их поход напоминает картину мироздания, которая покоряется гармонии и стихии. За Христом бежит пес, символизирующий «старое». Расставляя, таким образом, персонажей, автор намекает, что революционеры еще не полностью избавились от пережитков недавнего уклада.
    Учитывая мотивы творчества А. Блока, можно утверждать, что Христос для него – нравственный идеал, ведущий человечество к светлому бытию. Он является светлой целью, которая оправдывает средства борьбы.
    Образ Христа – образ-символ, который, с одной стороны, ставит точку в сюжете, а с другой – заканчивает его троеточием. Образ несет смысловую нагрузку, толковать которую нужно комплексно: с точки зрения религии, политики, истории и авторского мировоззрения.

  2. Morasida Ответить


    Понимание смысла загадочной поэмы «Двенадцать» зависит прежде всего от толкования центрального образа поэмы – Христа, идущего сквозь вьюгу перед отрядом красногвардейцев. Сам Александр Блок подчеркивал, что в финал «должен был поставить Христа». Обратимся к самой неоднозначной поэме в истории русской литературы и к ее главному образу.
    Поэма «Двенадцать» (1918) – свежий отклик Александра Блока на революционные события 1917 года (с момента революции прошло только два с небольшим месяца). Поэт воспринял революцию как явление положительной метаморфозы, духовного преображения России; точку отсчета нового времени. Статью того же 1918 года «Интеллигенция и революция» он закончил так: «Всем телом, всем сердцем, всем сознанием – слушайте Революцию». Однако революционность Блока не имела ничего общего с партийной программой большевиков. В своем поэтическом отклике, в финале «революционной» поэмы, Блок не смог обойтись без ключевого христианского образа, породившего разнообразные трактовки Спасителя «с кровавым флагом», идущего во главе отряда красногвардейцев. Необходимо разобраться в этих расхождениях и смысловых нюансах. Тем более, что «Двенадцать» входит в обязательную школьную программу. Поэтому преподавателю, который идёт на урок по поэме, нельзя ограничиваться какой-либо одной точкой зрения на образ Христа.

    Кто же впереди: многообразие трактовок


    Христос. Иллюстрация Н. Гончаровой к поэме Блока “Двенадцать”
    В самом конце поэмы «Двенадцать» появляется ее центральный образ – образ Христа. Вот эти известные строки:

    …Впереди – с кровавым флагом,


    И за вьюгой невидим,


    И от пули невредим,


    Нежной поступью надвьюжной,


    Снежной россыпью жемчужной,


    В белом венчике из роз –


    Впереди – Исус Христос.

    Среди многочисленных объяснений финала поэмы специалистами, а также современниками поэта, можно выделить несколько самых распространённых.
    Бог умер

    Обложка издания поэмы Блока в издательстве “Новый путь”
    В одной из примечательных и распространенных трактовок пристальное внимание обращено на «белый венчик из роз», не соответствующий православной традиции, в которой атрибутом Спасителя является терновый венец. Живописец Петров-Водкин откровенно признавался ученому Дмитрию Максимову: «Я предпочел бы, чтобы там был просто Христос, без всяких белых венчиков».
    Одна из интерпретационных крайностей образа венка – его погребальное назначение. Следовательно, Христос в поэме мертвый, а это значит, что умерла и Церковь, и вера. Здесь мы видим перекличку с философией Фридриха Ницше, популярного в России начала ХХ века и утверждавшего, что «Бог умер», а также с цитатой из произведения самого Блока, написанного в 1918 году: «Церковь умерла, а храм стал продолжением улицы. Двери открыты, посредине лежит мёртвый Христос». Однако цветы на венце Христа могут, напротив, означать и возрождение, Воскресение, путь к новому возрожденному миру, в котором ключевая роль будет отдана вере в Бога.
    Лже-Христос

    Ряд исследователей соглашаются с точкой зрения священника и философа Павла Флоренского, который считал, что «поэма – это предел и завершение блоковского демонизма». В финале появляется не Христос, а его антипод, «враг» «за вьюгой невидим», – антихрист, принявший вид Иисуса. Известный литературовед Михаил Дунаев пишет: «Быть может, это все же адова сила: дьявола ведь тоже пулей не возьмешь. И вот он принимает облик Спасителя – и увлекает за собою духовно неразвитых «апостолов»? Ведь такая трактовка имеет свою логику».
    Существовали очень резкие оценки такого «антихристианского» восприятия образа современниками автора. Так, Николай Гумилев говорил, что Блок, создав «Двенадцать», послужил «делу Антихриста», «вторично распял Христа и еще раз расстрелял государя», а Анна Ахматова даже отказывалась выступать с Блоком на совместных поэтических вечерах.
    Разрушение «старого мира» и зарождение «нового»

    “Двенадцать”, берлинское издательство “Нева”
    Большая часть русских интеллигентов, современников Блока, восторженно воспринимала революцию как стихийную силу – средство разрушения «старого» мира; как необходимый переход к миру «новому», полному возможностей и свершений. Поэтому Бог, идущий во главе красногвардейцев, был главным духовным звеном в этом революционном процессе разрушения отжившего, обветшалого мира.
    В последних строках поколение Александра Блока находило ответ на вопрос, что же принес в мир Октябрь 1917 года. Появление Христа здесь означало возможность будущего преображения, к которому приведут революционные события.
    Однако важно отметить, что самой революционной массе образ Христа показался резко отрицательным, «незримым» врагом двенадцати бойцов «без креста».
    Христос – Спаситель

    Михаил Ларионов. Иллюстрация к поэме Блока “Двенадцать”
    Другая актуальная трактовка отражает наиболее ортодоксальное, православное понимание образа Спасителя в поэме. Согласно этой литературной традиции, Христос – мученик, который идет на гибель ради обновления жизни. Здесь не может идти речи об антихристе, принявшем облик Иисуса, чтобы обмануть красноармейцев. Их попросту невозможно обмануть лже-Христом, так как сам Иисус для них – одно из воплощений «старого» мира, они совсем не хотят знать истинного Спасителя. Он не является для бойцов, держащих «револьюцьонный шаг», авторитетом, который сманил бы их на ложный путь. Как пишет литературовед Денис Макаров, «если бы антихрист хотел обмануть их, ему было бы проще это сделать в образе, например, Карла Маркса или Фридриха Энгельса, Троцкого, наконец».
    Строки «Нежной поступью надвьюжной, / Снежной россыпью жемчужной…» могут указывать не только на обычное движение Христа, но и означать присутствие Спасителя как вне этого мира, так и в нем. Христос – над стихиями и над природой, Он познаваем и непознаваем одновременно.
    Согласно этому толкованию, к Богу обращаются и простые созерцатели революции, и двенадцать красногвардейцев-безбожников. Они проходят путь от свободы и вседозволенности «без креста», «без имени святого», к свободе с Христом, и такая разительная перемена происходит помимо их воли, без их веры в Спасителя, т.е. фатально, как проявление высшего порядка. Иисус идёт впереди красногвардейцев. С кровавым, красным флагом — образом страданий и крови.
    Во всем есть промысел Божий. Христос – во всем происходящем в мире. Иисус в поэме олицетворяет и идею принятия на Себя очередного греха людей, и идею всепрощения, и надежду на то, что те, кто совершил кровавый грех все-таки придут к Его заветам, к идеалам любви и братства. Известный литературовед Виктор Жирмунский в рамках этой интерпретации также считал главной темой поэмы спасение душ двенадцати красногвардейцев — олицетворения всей разбойной России, всего человечества.
    А как думал сам Блок?

    Блок, портрет 1917 года
    Многообразие трактовок и расхождения в оценках (Михаил Пришвин, к примеру, видел в Христе самого Блока, а Иван Бунин, напротив, считал, что автор «дурачит публику какой-то галиматьей» в лице «пляшущего Иисусика») подчёркивают глубину созданного поэтом образа Иисуса, содержание которого не исчерпывается приведёнными примерами.
    Какими бы разнообразными ни были трактовки критиков и литературоведов, сохранились записные книжки самого Блока, в которых поэт сделал несколько записей о своей поэме, что часто не учитывается при анализе «Двенадцати», в том числе в школе. Так, 18 февраля 1918 года Блок пишет: «Что Христос идет перед ними — несомненно. Дело не в том, “достойны ли они Его”, а страшно то, что опять Он с ними, и другого пока нет, а надо Другого — ?» Но кто этот Другой, Блок сам не знает. Следовательно, образ Христа в финале поэмы был для Блока единственно возможным. Как отмечает филолог Дина Магомедова, «Блок ничего не искал. Он писал о том, что увидел. И проницательные слова Блока о Христе в финале поэмы свидетельствуют об одном: поэт был непреложно убежден в органичности именно такого завершения».
    Также в черновике поэмы Блок сделал запись, что Христос: «… был с разбойником. Было двенадцать разбойников». Здесь мы видим отсылку к Евангелию от Луки и истории о двух распятых с Христом разбойниках, один из которых проявил сострадание к мукам Иисуса и был прощен. В контексте этого библейского сюжета во многом прочитывается суть появления Иисуса Христа перед красногвардейцами в финале. Это не благословение происходящего и не «освящение» стихийного разгула, а преодоление безотчетного аморализма и нигилизма, залог будущего очищения для героев произведения. Из запечатленного Блоком хаоса должна родиться гармония. Важно, что явление Христа в конце поэмы — символическое явление необходимости религии. Еще 27 июля 1918 года Блок отметил в дневнике: «В народе говорят, что все происходящее – от падения религии…».
    Показателен эпизод чтения поэмы на одном из литературных вечеров на Фонтанке, который лишний раз убеждает в неоднозначности блоковского текста:
    После прочтения поэмы, у автора спросили:
    — Александр Александрович, а что значит этот образ: «И за вьюгой невидим, И от пули невредим, Нежной поступью надвьюжной, Снежной россыпью жемчужной, В белом венчике из роз — Впереди — Исус Христос?»


    Блок ответил: «Не знаю, так мне привиделось. Я разъяснить не умею. Вижу так».

    То есть на вопрос о смысле главного образа своей поэмы Блок не ответил. Следовательно, каждый читатель может по-своему ответить на этот вопрос, и в каждом таком толковании будет своя доля правды. Известный учёный Сергей Аверинцев заметил: «Должен сознаться в наивности, если это наивность: когда поэт на вопрос о его интенции свидетельствует: «Не знаю», — я предпочитаю совершенно дословно верить такому свидетельству».
    Источники: С. Аверинцев, Е. Иванова, Д. Макаров, Н. Солнцева, Д. Магомедова, О. Клинг

  3. Cozan Ответить

    Иисус Христос появляется в белом одеянии, с белым венчиком из роз. Это говорит о его чистоте и непорочности, о святости образа. Религиозные мотивы в поэме проявляются не только с появлением образа Всевышнего. Ведь в самом начале первых глав читатель знакомится с персонами двенадцати человек, которые совершают свой странствующий путь, которые идут вперед, не смотря ни на что.
    Число героев соответствует двенадцати апостолам, которые известны человечеству по евангельским сказаниям. Появление Всевышнего в конце поэмы говорит о том, что святая сила всегда была и будет над землей и в небесах, не зависимо от того, идут к ней на встречу или нет. Именно поэтому А. Блок связывает бушующую стихию, неугомонную бурю с Иисусом, который выходит из нее. Это еще раз подтверждает бессмертность данного образа. Автор описывает картину впереди шагающего Христа, за которым шли красноармейцы, а затем уже и голодный пес. Животное символически передает позицию старого мира, который волочится в самом конце. На переднем же плане присутствует идеал, образ святого Всевышнего. А. Блок пытается приблизить Христа к народу, поэтому, в тексте поэмы, спускает его с небес, поближе к простому человеку.
    Вот, сколько разных значений и пониманий может скрываться в таком образе. Конечно, каждый из нас имеет свое личное мнение и склоняется к своим размышлениям о причинах присутствия Христа в финале. Даже сам автор говорит о том, что видит Иисуса в финале поэмы по разным мотивам.

  4. Truthrunner Ответить

    http://goldlit.ru/blok/301-dvenatsat-analiz:

    Новый мир символизируют двенадцать красноармейцев – «апостолы новой веры», как принято их называть. Очень разношерстная компания, надо сказать. Из отдельных деталей складывается пугающий образ: «винтовок черные ремни», «в зубах цигарка», «примят картуз», и как будто апофеоз всему – «на спину б надо бубновый туз». Эта деталь говорит о многом: такой знак явственно указывал на каторжанина, а на каторгу, как известно, ссылали за тяжелые преступления – убийство, грабеж, насилие. Итак, апостолы новой веры имеют темное прошлое, но светлое будущее.
    Есть ли будущее у тех, кто «вдаль идет державным шагом»? Для кого теперь «свобода без креста», а значит, никаких нравственных запретов больше нет? Ведь идут они «без имени святого». Но в финале поэмы неожиданно возникает образ Иисуса Христа. До сих пор никто не может дать окончательной оценки этому образу в поэме. Ведь для верующих людей появление бога во главе убийц и уголовников выглядит святотатством. Но и расценить появление Христа как попытку освятить революцию тоже невозможно. Что же остается?
    Сам Блок записал у себя в дневнике: «К сожалению, Христос». Ведь другого пока нет, а надо другого. Но пока — «в белом венчике из роз впереди Исус Христос». Как символ веры, как мученик, принявший на себя все грехи человечества, которое никак не может добиться жизненной справедливости.
    Наверное, от того, какую оценку дать этому символу, и будет зависеть разгадка поэмы: что это – благословение или проклятие революции? Очевидно, что каждое последующее поколение найдет свое объяснение.

  5. ---/@T@R--- Ответить

    Настюшка
    А. Блок.
    Сегодня я — гений. Я не отрекаюсь ни в чем от мнений того года. В январе 1918 года я в последний раз отдался стихии.. . во время и после окончания “Двенадцати” я несколько дней ощущал физически, слухом, большой шум вокруг — шум слитный (вероятно, шум от крушения старого мира) .
    Мне тоже не нравится конец “Двенадцати”. Я хотел бы, чтобы этот конец был иной. Когда я кончил, я сам удивился: почему Христос? Но чем больше я вглядывался, тем яснее я видел Христа. И я тогда же записал у себя: к сожалению, Христос.. .
    М. Волошин.
    Основная мысль поэмы — идут без имени святого.. . Он (Христос) незримо присутствует и сквозит сквозь наваждения мира, как Прекраснач Дама сквозит в чертах блудниц и незнакомок.
    Христос вовсе не идет во главе двенадцати красногвар-дейцев, а, напротив, преследуется ими. 12 блоковских крас-ногвардейцев изображены без всяких идеализаций. Что ж это за апостолы, которые выходят охотиться на своего Христа?
    Кровавый флаг — это новый крест Христа, символ его теперешних распятий.
    Н. Асеев.
    Главная тема “Двенадцати” — хаос. Новое — “смена лирических настроений. ”
    В. Маяковский.
    Вот это “хорошо” и это “библиотеку сожгли” было два ощущения революции, фантастически связанных в его поэме “Двенадцать”. Славить ли это “хорошо” или стенать над пожарищем — Блок к своей поэзии не выбрал.
    О. Мандельштам.
    Поэма “Двенадцать” — монументальная драматическая частушка. Центр тяжести — в композиции, в расположении частей.. . Независимо от различных толкований, поэма “Двенадцать” бессмертна, как фольклор.
    К. Чуковский.
    Никто так не верил в мощь революции, как Блок.. . Блок был уверен, что пережив катастрофу, все человекоподобные станут людьми.
    Когда пришла революция, Блок встретил ее с какой-то религиозной радостью, как праздник духовного преображе-ния России.
    “ — А я у каждого красногвардейца вижу ангельские крылья за плечами. ”
    Человек, который мог написать об одной только Прекраной Даме 800 стихотворений подряд.. . вдруг (после “Двенадцати”) замолчал совсем и в течение нескольких лет не может написать ни строки. Он онемел и оглох

Добавить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *